– Можешь, - возразил он.
– Помни - шаг за шагом по канату и не смотри вниз. Мы выберемся, обещаю тебе.

Ободряюще улыбаясь, он свернул на шоссе.

Никто не стрелял в них, не выпрыгивал из-за деревьев, хотя Джулия постоянно этого ожидала. На перекрестке Леон внимательно огляделся, потом нажал на педаль и помчался по шоссе так, как будто за ними гнались бандиты.

– Фары!
– завопила Джулия.
– у нас же фары не горят!

– Пока не надо.
– Леон не сводил глаз с дороги.
– Если кто-нибудь за нами наблюдает, может быть, нам удастся сбить их с толку.

Но примерно через километр он включил фары, и Джулия наконец перевела дыхание.

– Где мы?
– Она с облегчением ощущала, что они снова избежали опасности, пусть на короткое время.

– Понятия не имею.
– Леон покосился на нее.
– Деревенские дороги тут так извилисты, что без карты и дорожных указателей ничьего нельзя сказать точно.

– Мы будем ехать еще долго?

– А ты не можешь перестать задавать вопросы?

Джулия сердито посмотрела на него, но выражение его лица не изменилось, и она откинулась назад на сиденье, сложила руки и уставилась вперед, через ветровое стекло.

– Не могу перестать, - заметила она, обращаясь в пространство. Всегда задаю вопросы, когда нервничаю.

– Тогда вот вопрос тебе, - Леон поглядывал в зеркало заднего обзора. Тебе ни разу не пришло в голову, что я тоже нервничаю?

Джулия удивленно уставилась на него, а он ухмыльнулся. Лицо его сразу стало казаться моложе, и она вдруг представила его себе мальчиком.

– Принимаю твое изумление за комплимент, - небрежно произнес он.

– Я...
– Джулия замолчала. Она вспомнила, как еще вчера он отделался шуткой, когда она спросила, волнуется ли он хоть изредка.

Но тогда это был риторический вопрос. Она действительно ни разу не задумалась о том, как же чувствует себя Леон, разве что о том, что он чувствует по отношению к ней.

– Ты всегда кажешься спокойным, - неуверенно промолвила она наконец. Девушка вспомнила, как он остановил ее свадьбу, как одурачил Микеле шоколадным пистолетом.
– Не могу себе представить, что ты чего-то можешь бояться.

Леон кинул на нее непроницаемый взгляд.

– Все мы чего-то боимся, - спокойно ответил он.

– А ты, чего ты боишься?
– Джулия старалась, чтобы ее голос звучал смело. Что-тo подсказало ей, что она вступает на запретную территорию. Но ведь он сам начал.

Леон целиком сосредоточился на дороге.

– Боюсь, что прошлое настигает меня, - ответил он наконец. В его голосе звучала такая мрачность, что Джулия не осмелилась продолжать и отвернулась, глядя на проносящиеся мимо окрестности. Воцарилось молчание, каждый был занят своими мыслями. Первым заговорил Леон.

– Проведем ночь на постоялом дворе, - сообщил он.
– Но сначала мы должны увериться в том, что за нами никто не гонится.

Заглушив мотор, он подвел машину к тенистому уголку под деревом и остановился.

Казалось, они сидят там уже несколько часов.

– Ты думаешь, нас предали полицейские?
– наконец снова спросила Джулия.

Леон пожал плечами.

– Для этого требуется лишь один человек, - ответил он.
– Я доверяю своему инстинкту. Будем считать, что полиция все еще гоняется за Микеле. Но безопаснее будет действовать так, будто мы теперь сами по себе.

Впервые в жизни Джулия попыталась подумать объективно о дяде и о Микеле. Но это оказалось почти невозможно... Она вспомнила, какие подарки ей делал дядя Джузеппе, когда она была маленькой, и то, как он о ней заботился. О его доброте и привязанности к ней.

С другой стороны, она должна была признать, что он не внял ее мольбам о помощи во время венчания.

А Микеле при всей своей жестокости любил слушать оперу. И делал щедрые пожертвования на благотворительность. Еще мальчиком он обожал всех запугивать, но всегда защищал ее в стычках со сверстниками. В последние годы она утешала себя этим, стараясь себе внушить, что есть в нем скрытая нежность. Но теперь она наконец поняла, что для Микеле она была лишь собственностью.

Конечно, все это не означало, что дядя и Микеле - преступники. Должно быть, в словах Леона нет ни капли правды. Учитывая, что ей ничего не известно о самом Леоне... Джулия собралась снова задать ему несколько вопросов, но тут он поднял руку, прислушиваясь.

И она тоже расслышала. Шум мотора.

– Может быть, туристы, - выдохнула девушка.
– Или местный фермер ползет из бара.

Леон раскрыл дверцу и выскользнул наружу. Она увидела, как он прикрыл пиджаком заднюю часть машины, а потом растворился в тени. Машина все приближалась, фары ее метались вверх, вниз, в стороны. Не думая, она соскользнула вниз, пытаясь сообразить, чем там занят Леон... И тут машина промчалась мимо. Казалось, она замедлилась, но потом понеслась дальше. Джулия с трудом подавила крик, когда Леон открыл дверцу.