Шрифт:
– Что?!
– ахнула девушка.
Леон широко улыбнулся, а Джулия разозлилась уже на себя за то, что так легко попалась в ловушку.
– Ну.., их в основном смутила твоя одежда. Кроме того, по тебе сейчас мочалка плачет, а тут.., любят гостей более приличного вида...
– Ах ты негодяй!
– Вот видишь? Никаких хороших манер.
С чем только мне не приходилось мириться по пути сюда! Да у них там волосы встали дыбом...
– Тебе пришлось мириться?! А как насчет меня, насчет всех твоих безумных шуточек?
Они прошли за служителем в лифт, поднялись наверх, подошли к двери номера. Леон сунул парню банкноту и вошел в комнату.
– Ой, да это же целые апартаменты и две спальни!
– прошептала Джулия изумленно.
Леон отключил кондиционер, открыл высокое окно с видом на море.
– А ты чего ждала, что я обманом затащу тебя в постель?
Голос у него звучал небрежно, но в глазах появилось жесткое выражение.
– Я не знала, что думать.., когда ты поцеловал меня...
– Когда я тебя поцеловал, тебе это понравилось. А потом ты испытала чувство вины.
Может, у тебя какое-то извращенное чувство долга перед Микеле? Элементарно, мой дорогой Ватсон.
– Но я не чувствую вины!
– Нет?
В глазах его снова появилось такое выражение, из-за которого ей захотелось пнуть его ногой. Да как он смеет? Как он смеет вести себя так самоуверенно? Она ему покажет!
– Ты хочешь заняться со мной любовью?
– сердце заколотилось у нее в ушах. Она смело шагнула к мужчине, хотя и не чувствовала себя уверенно. Мне все равно, ничего особенного. Можем сделать все прямо тут, на китайском коврике. Или на диване?
– Она театрально похлопала по мягким подушкам. Удобные, пружинят. Или же, - она пыталась сохранять небрежный тон, - или ты любишь заниматься этим на шкафу? Давай попробуем, сейчас только стул возьму.
– Джулия.
– Леон привлек ее к себе.
– Не трогай меня!
– выпалила она, нервное напряжение выплеснулось наружу, и она уже не могла больше делать вид, что ей все равно.
– Но как же я могу заниматься с тобой любовью, если мне и потрогать тебя нельзя?
– тихо осведомился Леон.
– А я и не хочу, чтобы ты занимался со мной любовью, - отрезала Джулия, пытаясь вырваться.
– Мне просто надоело, что у тебя всегда на все есть ответ!
– Джулия.
– Леон легонько встряхнул ее.
– Перестань вести себя как ребенок!
Девушка открыла было рот, собираясь выпалить что-то резкое, но поглядела мужчине в глаза и промолчала.
– Так-то лучше.
– На лице его мелькнула мимолетная улыбка.
– Пойди поспи.
– А ты всегда отдаешь людям приказы?
– Разве ты не знала? Мое второе имя - Наполеон.
– Тогда все ясно, - презрительно отозвалась Джулия. Больше ей нечего было сказать.
Она действительно устала, глупо это отрицать.
Прикусив губу, высоко подняв голову, она направилась в одну из спален и закрыла за собой дверь. Она не оглянулась на Леона, но у нее осталось странное ощущение, что он улыбался ей в спину. Черт бы его побрал!
5
Когда она проснулась, было Темно, из соседней комнаты доносился чей-то голос. Джулия несколько минут лежала, прислушиваясь к неразборчивым словам, наслаждаясь ощущением чистых простыней на своей теплой со сна коже. Ноги не затекли. И ей больше не кажется, что в глаза ей попал песок, а на лице пришит неостановимый зевок.
Прежде чем лечь спать, она приняла душ, это было восхитительно. Она слишком устала, чтобы принять ванну. Может, стоит сейчас встать и сделать ванну, прежде чем встретиться с Леоном? Она до сих пор не сказала ему спасибо, да и извиниться придется...
Вздохнув, Джулия припомнила, как безобразно вела себя несколько часов назад, а потом стала прислушиваться: интересно, с кем он разговаривает? Не сам же с собой? Кем-кем, но безумцем он не был... И тут так ясно, как если бы она находилась в той же комнате. Джулия услышала, что он произнес ее имя. Сердце у нее замерло. Она выскользнула из постели и прокралась к дверям.
Приоткрыв дверь, она увидела в щелочку Леона. Он разговаривал по телефону.
– Конечно нет. За кого вы меня принимаете? Она ничего не подозревает. Молчание, потом:
– Нет не буду рисковать. Да. Скоро.
Хорошо.
– Разговор, очевидно, был закончен, Леон положил трубку на место и глубоко вздохнул. Прошел к окну, рассеянно подергал за шпингалет, мысли его явно находились где-то далеко. Джулия тихонько прокралась обратно в постель. Слова Леона как будто зависли в воздухе над ней. Что он имел в виду, когда сказал: "Она ничего не подозревает"?
О ком он говорил? Он точно говорил о ней!
Неужели она попала из огня да сразу в полымя? Натянув одеяло на голову, девушка вспомнила, как Леон расправился с Микеле там, на заправочной станции. Не мог же он обманывать ее, не мог! Или мог? Сердце ее колотилось, ладони взмокли. Если Леон решил предать ее, то она может полагаться только на себя. Как же ей выжить? Она не сумеет спастись и от своей семьи, и от него. Что он затеял?