– Ее как только не представляли! Твою, например, я представляю себе в виде...

– Все, все, молчу. Больше - ни слова.
– Марго не захотела, чтобы Стас рассказал всем, как он представляет себе ее душу.

В начале одиннадцатого все наконец решили, что таинственных историй на сегодня уже достаточно - надо что-нибудь оставить и на другой раз. Встав из-за стола, Стас захватил несколько грязных тарелок, чтобы отнести их на кухню (по случаю прихода гостей Татьяна не стала выставлять одноразовые). Все, за исключением Марго, последовали его примеру. Тогда Стас, обращаясь к ней, сказал вполголоса: "Поднявшись с постели, сгладь отпечатки тела". Марго покраснела до корней волос, а Стас как ни в чем не бывало пояснил:

– Это Пифагор сказал - тот, которого ты не любишь.

– Отчего же, люблю, - тихо ответила Марго и взялась за тарелки.

Татьяна со Стасом оседлали нейросимулятор и о чем-то оживленно спорили. Ванда с Марго сплетничали на кухне. Мы с Йоханом остались наедине. Я подумал, что раз Ванда уже спрашивала про три крыла, а я сказал, что мне приснился трехногий, то не будет ничего страшного, если я спрошу его про треугольник. Потом скажу, что треугольник приснился Татьяне.

– Йохан, ты, случайно, не встречал такой знак: треугольник с тремя крыльями и с человеческим глазом посередине?
– Про глаз я добавил для конспирации.

– Далась вам эта цифра три...
– усмехнулся он.
– Треугольник с человеческим глазом - знак достаточно распространенный. Типичная оккультная символика, я бы сказал - "Всевидящее око" или вроде того. Про крылья сказать ничего не могу. А ты уверен, что именно крылья, а не, скажем, листья?

– Точно!
– спохватился я.
– Там были листья! А они что значат?

– Три листа клевера, вплетенные в треугольник - это раннехристианский символ. По преданию, с помощью трехлистного клевера святой Патрик объяснял язычникам-ирланцам триединство божественных сущностей... Продолжать? спросил он, видя, что я его не слушаю. Хоть клевер и не растет на Фаоне, но я способен отличить крылья от листьев.

– Спасибо, я все понял, - поблагодарил я его, - теперь я знаю, где про это можно найти в литературе.

– Всегда пожалуйста, - ответил Йохан и пошел на кухню.

Гости разошлись в половине двенадцатого. Стас все норовил остаться "еще на полчасика", но мы его выпроводили вслед за Марго.

Остаток вечера мы с Татьяной провели в напряженном молчании. Она продолжала на меня дуться неизвестно за что. Когда мы уже погасили свет, я решил, что последнее слово должно остаться за мной.

– Вот, пришлось опять из-за тебя врать. Зачем ты вспомнила про бикадала?
– спросил я безо всякого предисловия, словно мы до этого не молчали, а только и делали, что обсуждали трехногого.

– Больно нужен мне твой безногий... А он что, как-то связан с твоим заданием?

– Напрямую.
– Я снова покривил душой, но уж больно мне хотелось вызвать у Татьяны угрызения совести.

– Извини, не знала. Сказал бы...

– А почему ты его безногим обозвала? У него их целых три - больше, чем у нас.

– Не знаю. У животных их обычно четыре, вот и сказала - безногий.

Ее ответ меня заинтересовал.

– А у кого четыре крыла?

– У кого, у кого... у бабочек.

– А бабочки у кого?
– настаивал я.

– Федррр, отстань... у японцев... спи давай, - пробубнила она еле слышно - гости ее утомили, и она уже засыпала.

Занятно, ведь Номура - японец. Точнее, его предки когда-то ими были. Мистика, как говорит Ванда. Напоследок я подумал, что если сегодня ночью мне приснится кто-нибудь трехногий, трехкрылый и с повадками Марго, то, пожалуй, придется сменить работу.

С утра я просмотрел новости. О моем деле там ни словом не обмолвились. "Спасение - предусмотрительным!
– пророчествовало "Глобальное Страховое Общество" в промежутках между новостийными блоками. Ну как тут возразишь!

Разбирая почту, наткнулся на дело того самоубийцы, чье тело потом пропало из патологоанатомической лаборатории. Виттенгер решил, что раздело о смерти Эммы Перк закрыто, то почему бы и не выполнить мою давнишнюю просьбу.

Когда я взглянул на снимок жертвы, я понял, почему врач рекомендовал мне по крайней мере месяц избегать любых потрясений. Сердце учащенно забилось, затылок сдавила тупая боль. Я сполз с кресла на пол - почему-то мне казалось, что чем ниже я буду находиться, тем скорее пройдет дурнота. Я сел, прислонившись спиной к столу, потом лег. Потолок то надвигался на меня, то отодвигался. Татьяна с утра уехала в Университет, и ждать помощи мне было не от кого. К счастью, ничья помощь и не понадобилась: волны еще раз прошли по потолку и все успокоилось. Затих и тот шторм, что бушевал в моей голове. Я снова сел в кресло.

Если бы не две родинки под подбородком, то вряд ли бы я его узнал так быстро. Я продолжал вглядываться в снимок. Казалось, словно два разных изображения слились вместе. Одно из них в течение минуты я разглядывал в кабинете профессора Франкенберга. Другое изображение принадлежало существу из пещер Южного мыса. Я с трудом взял себя в руки и стал сопоставлять изображение жертвы и собственные воспоминания, какими бы смутными они ни были. Узкие скулы, тонкий нос, глубокие темные глазницы - все это скорее относилось к "туристу". Но у "туриста" было лицо ожившего мертвеца, а это... стоп. Голова совсем не работает - я же смотрю на снимок, сделанный уже после смерти. Разницу можно было бы сформулировать так: у "туриста" лицо ожившего мертвеца, а на снимке - лицо умершего... чуть не сказал живца...
– нет, человека, умершего буквально только что. К делу о самоубийстве прилагался единственный прижизненный снимок - с личной карточки жертвы. Нет сомнений - я видел этого человека на экране профессорского компьютера. Странно, теперь я назвал гомоида человеком. Но у него вполне человеческое имя - Джек Браун! Сведения о нем были крайне скудны. Жил один, работал... ого!. , техником в Институте антропоморфологии. Опять Институт! Однако, кроме названия места работы, в материалах дела не содержалось ничего такого, что указывало бы на связь Джека Брауна с Перком. СОБ пришла к выводу, что документы Брауна подделаны, хотя довольно искусно. В патологоанатомическую лабораторию тело привезли поздно вечером, а уже ночью оно было выкрадено, поэтому среди материалов дела не было результатов вскрытия.