– Господа, вы меня искали?
– тихо спросил вышедший откуда-то из темноты Лесли Джонс. В руках он держал тяжелый импульсный излучатель. Не думаю, чтобы Джонс мог спокойно разгуливать по терминалу с таким оружием. Скорее всего оно заранее было припрятано в коллекторе, и пока Абметов отвлекал нас, Джонс успел вооружиться. Осмелевший Абметов, неловко путаясь в одежде, вытащил-таки цефалошокер. Странно, что он им до сих пор не воспользовался.

– Вы одни или с Вэнджем?
– надменно спросил нас Абметов. Думаю, ему было неловко из-за того, что полминуты назад мы видели его совсем другим.

– А зачем он вам?
– в ответ небрежно спросил его я. В каком-то смысле я тоже пытался сохранить лицо.

– Вэнджа с ними не было, - сказал Абметову Джонс.
– Доктор, заберите-ка у них оружие, - скомандовал он.

Я - лицо, в сущности, гражданское и обыскивают меня чаще, чем я кого-либо другого, но Виттенгер такого позора вынести не мог. Он оттолкнул Абметова и потянулся к своему бластеру; в то же мгновение Джонс выстрелил, но, к счастью, промахнулся. Сразу после выстрела все помещение затянуло зеленым тошнотворным дымом; я бросился на пол, прикрывая голову от брызг расплавленной пластмассы. Со змеиным шипением горела обшивка - пока все выстрелы доставались ей. Бластер инспектора, в отличие от излучателя Джонса, - оружие прицельного боя и в таком дыму мало на что годное. Не следовало нам с Виттенгером так часто встречаться у крематория. На мгновение мне показалось, что со стороны тоннеля стреляет кто-то еще, но тут внезапно все стихло. Я поднял голову.

Если бы я увидел до зубов вооруженную Яну или, скажем, Ларсона, то, наверное, удивился бы меньше.

– Ильинский, не расцените мой вопрос как плохую шутку, но я что, до конца жизни теперь должен буду вас выручать?

Левой рукой Бруц держал за шиворот трепыхавшегося Абметова, в правой руке он по-прежнему сжимал излучатель.

– Не знаю, как вас и благодарить, - честно признался я.

Завыла сирена пожарной тревоги.

– Надо уходить, - сказал Бруц и что есть силы тряхнул Абметова: - С вами еще кто-нибудь был?

Абметов только застонал - он не был ранен, но здорово наглотался ядовитого дыма. Лицо его посерело, глаза закатились, из уголка рта потекла желтая слюна.

– Бросьте его, он сейчас вас испачкает, - сказал я Бруцу.

Бруц разжал руку, Абметов мешком рухнул на пол, больно ударившись локтями о металлическое покрытие. Его стошнило.

Показался Виттенгер. Выглядел он неважно - Джонс умудрился-таки задеть ему плечо лучом лазера, и теперь здоровой рукою полковник зажимал кровоточащую рану.

– Виттенгер, знакомьтесь - это наш спаситель, господин Бруц.

– Сержант полиции Бруц, - поправил меня спаситель.

– Сержант?
– переспросил я.
– С каких это пор?

– Долгая история, потом расскажу... Пошатываясь, Виттенгер приблизился к нам.

– Полковник Виттенгер, полиция Фаона. Премного благодарен, сержант...
– И Виттенгер попытался протянуть руку, но чуть не упал. У него снова потекла кровь. Бруц взял полковника под руку и повел в тоннель - дышать в помещении становилось невозможно. Мне пришлось взять на себя Абметова. О Джонсе в тот момент никто не вспомнил. Виттенгер хотел было пнуть Абметова носком ботинка, но Бруц его удержал, сказав, что бить полулежачего так же нехорошо, как и лежачего.

– Я тебя все это жрать заставлю!
– рыкнул на Абметова Виттенгер.

– Да будет вам, полковник. За ним уберут, - успокаивал его Бруц.

В тоннеле дышать было легче. С двух сторон к нам спешили люди пожарные, охранники и прочие из тех, кто оказался поблизости. Пожарные сразу же побежали в коллектор, но система автоматического пожаротушения прекрасно справлялась и без них, и они вскоре вышли. Охранников прибежало человек шесть-семь - не так много, если учесть, что вооружены они были только цефалошокерами. Разыгралась презабавная сценка. Четверо из них, видимо, самых смелых, подошли сначала к Бруцу, но тот сунул им под нос полицейское удостоверение и для убедительности помахал излучателем. Затем они подошли к Виттенгеру, тот показал им свое удостоверение. Арестовывать полковника полиции, после того как у них ничего не вышло с сержантом, даже учитывая то, что Виттенгер уже убрал свой бластер обратно в кобуру, охранникам показалось нелогичным и им ничего не оставалось, как пообещать вызвать для инспектора врача. Затем все те же четверо подошли ко мне. Я развел руками, - мол, оружия у меня нет и не было, и вообще я оказался здесь совершенно случайно. Тогда они обратили внимание на Абметова, но Абметова, хоть он и был сообщником устроившего пальбу Джонса, следовало не арестовывать, а лечить, и ему тоже пообещали врача. Как ни странно, но шокера у Абметова не нашли - вероятно, он успел избавиться от него еще в коллекторе.

– Там еще один, но врач ему не нужен.
– Бруц махнул в ту сторону, откуда шел дым. Охранники стояли в растерянности. За долгие годы службы на терминале им доводилось несколько раз разнимать пассажиров, у которых вдруг оказывались билеты на одно и то же ме-сто но до стрельбы никогда не доходило.

Минут через десять появился начальник местной полиции, капитан Флокс. Он все переиграл заново. Решив, что Виттенгер у нас за старшего, он подошел к нему и потребовал сдать оружие и документы. Виттенгер его послал. Флокс оказался в сложном положении. По природе своей он очень уважал чины и всячески старался привить подобное уважение своим подчиненным. Арестовать старшего по званию означало бы создать в глазах подчиненных очень неприятный прецедент, и те, чего доброго, еще решат, что и они когда-нибудь смогут вот так просто арестовать его, Флокса (а грешки, впрочем мелкие, за ним водились). С другой стороны, не арестовать Виттенгера выглядело бы, опять-таки в глазах подчиненных, довольно унизительно. Пока Флокс размышлял над этой сложной дилеммой, я сумел уговорить Виттенгера на время разоружиться. Флокс несказанно обрадовался, собрал оружие и документы и пообещал, что все вернет, как только ситуация прояснится. Сдавать комлоги мы наотрез отказались.

Прибывший врач заклеил заживляющим раствором плечо Виттенгеру, а Абметову сделал пару детоксицирующих инъекций. Я заметил, как из коллектора вынесли упакованное в полиэтилен тело Джонса. Когда тело проносили мимо меня, я попросил санитаров притормозить, достал ультрафиолетовый фонарик и расстегнул мешок. Затем поспешно застегнул - грудь Джонса была сплошь иссечена лазерными лучами. Бруц с любопытством наблюдал за моими действиями, но ничего не сказал.

Пока Флокс вел нас к себе в кабинет для допроса, Бруц рассказал, что Себастьяна Дидо, первоначально обвинявшегося в убийстве торговца сувенирами, пришлось отпустить, поскольку, кроме нескольких дешевых безделушек, вполне законно приобретенных в сувенирной лавке, никаких улик против него не нашли. После убийства торговца и исчезновения Шварца-Бланцетти Бруца уволили с поста начальника службы безопасности Оркус-Отеля. Что ему делать дальше - вернуться на работу в полицию или заняться частным сыском - он еще не решил. Получить лицензию частного детектива на Оркусе сложнее, чем на Фаоне, поэтому он откопал свое старое удостоверение сержанта полиции и для начала решил самостоятельно разыскать убийцу торговца. Нам Бруц сказал, что убийцу он стал искать, чтобы не потерять квалификацию. А я подумал, что Бруцу просто нужно было на ком-то сорвать злость и отомстить за свои личные невзгоды. В общем, разыскивая убийцу, Бруц совмещал приятное с полезным.