– Это излюбленный трюк гондольеров. Нужно уметь с ними разговаривать. Пойдемте, я покажу вам, как это делается.

Они вместе пошли к пристани. У Марии была легкая походка, она двигалась грациозно, как манекенщица. Дон заметил, как несколько мужчин из группы туристов проводили ее взглядами.

– К собору Иоанна и Павла, - сказал Дон, усаживая Марию в гондолу.

Он сел рядом с ней и вытянул свои длинные ноги. Внутренний голос подсказывал, что он не должен был ехать. Он должен был разыскивать Трегарта. Но из-за розысков Трегарта лишиться общества Марии! Это было бы слишком.

Он успокаивал свою совесть: все равно он ничего не сможет сделать до тех пор, пока Джузеппе не принесет новостей. В конце концов, что такое час, который он собирается провести в столь приятном обществе?

– А где ваш брат сегодня? Почему он не сопровождает вас?

– Он должен работать, бедняжка. Знаете, я здесь отдыхаю, а он работает. Нам очень повезло, что мы встретились с вами, теперь я не буду одна, и Карл сможет не беспокоиться. Я так рада, мистер Миклем.

– Называйте меня просто - Дон.

– Ну, если вы настаиваете.

– Да, я именно настаиваю. Я тоже рад, что мы с вами встретились. Ваш брат сказал, что вас зовут Мария. Это прекрасное имя. Мне кажется, оно приносит счастье.

Она закурила сигарету:

– Не всегда. Я счастлива больше, чем одни, но меньше, чем другие. Наша семья много страдала во время войны. Потом отцу пришлось заново восстанавливать свое предприятие. А вот позже я действительно стала счастливой. У нас было то, чего не было у других.
– Ваш отец еще жив?

– Да. Но торговлю стеклом он поручил Карлу. Сам он занимается только финансовыми делами. Дон поперхнулся:

– Стекло? Это занятие Карла? Она улыбнулась:

– Вы удивлены? Фабрика Нецке хорошо известна. Нехорошее предчувствие овладело Доном.

– Я должен признать свою неосведомленность в этих делах. Здесь, в Венеции, ваш брат тоже закупил стекло?

– Да. У него торговое соглашение с Венгрией. Мы поставляем туда большие партии венецианского стекла.

– Вы покупаете и английское стекло? Она кивнула:

– Да, много. И даже американское.

Дон почувствовал вдруг, что Мария пытается говорить непринужденно, однако в голосе ее сквозила некоторая нервозность.

– С кем же вы имели контакты в Англии?

– С Джоном Трегартом из Хемптена, - ответила она без колебаний.
– А в Америке с Вайнрайдером. Видите, как много я знаю о делах фирмы, хотя Карл говорит, что меня это совершенно не интересует.

В этот момент гондола причалила к берегу, и гондольер помог пассажирам выйти на берег.
– Мы прибыли, - сказал Дон.

Он был рад почувствовать под собой твердую землю. Это придавало ему уверенности. Он должен был спокойно обдумать свое дальнейшее поведение.

– Ждите нас здесь, - сказал он гондольеру и повел Марию к церкви. Он уже много раз приводил сюда знакомых и теперь рассказывал историю памятников, как заправский гид. Он поведал Марии, кто такой был Коллеони, как Вероккьо, учитель Леонардо да Винчи, проектировал конные статуи, которые считаются лучшими в мире.

Когда они снова возвратились в гондолу, Дон возобновил прерванный разговор:

– Вы упомянули имя Трегарта. Вы его хорошо знаете?

– Знаю ли я его? Конечно. Он наш старый знакомый. Но почему вы спрашиваете?

– Я встречался с ним раньше. Но это было давно. Мне хотелось бы снова увидеться с ним, но я не знаю, где он сейчас.
– Три дня назад он был здесь. Он выглядел так, словно у него большие неприятности.

– Неприятности? Почему вы так думаете?

– Он так неожиданно уехал. И выглядел совершенно потерянным.

– Так он оставил Венецию?

– Да, конечно. Три дня назад он уехал в Париж. Эта новость насторожила Дона. Если девушка говорит правду, он зря теряет время, разыскивая Трегарта здесь.

– Очень жаль, я бы с удовольствием встретился с ним, - сказал Миклем печально.

– Мы знаем Джона очень хорошо, - вздохнула Мария.
– Мне кажется, с ним что-то случилось, иначе он не уехал бы так неожиданно. Он так торопился... Можно было подумать, что он от кого-то убегает. Карл считает, что мне это просто показалось, но я точно знаю. Я чувствую. Он чего-то очень боялся.