Сангетт как раз собирался на деле проверить свою, талантливо разработанную систему, как вдруг вмешался сам рок, с помощью твоего кулака...

Такова была история, наскоро переданная Марчией, после чего мы с Билли рассказали ей о том, что происходило на суде.

Кэмпинг прислушился к нашим словам с напряженным вниманием...

– Мне адски повезло!
– воскликнул он когда я кончил свой рассказ, значит, вы тот самый Бертон... Я читал о вашем деле за завтраком и мечтал о том, как бы с вами встретиться.

Окинув нас восхищенным взором, он прибавил:

– Да, черт возьми, вот так история! Ваш правдивый рассказ дает много очков вперед самой пылкой моей выдумки! И к тому же, я сам присутствовал при этом... О, весь, "аштонский" клуб позеленеет от злости!

– Поедемте с нами в город и послушайте все дело!
– предложил я писателю.
– Они, правда, отказались от меня, но осталось много разных интересных подробностей! Не исключено, что меня могут привлечь за кражу тысячу фунтов у Норскотта!

– Что бы ни случилось, - заявил Билли, с улыбкой глядя на Марчию, мы можем обещать им свадьбу!

– С тем же успехом и похороны, - прибавил я, - если только мне случится встретиться с Морицем!

– О, это мне очень нравится!
– сказал Кэмпинг.
– Я отвезу свое детище в безопасное место, - кивнул он на лодку, - и завтра буду в городе. Если вы дадите мне ваш адрес, я заеду засвидетельствовать свое почтение.

– Милости прошу!
– ответил я равнодушно.
– Если меня не будет в Боундстите, вы найдете меня в Ламмерсфильде-Хоуз или Парк-Лэйне!

– Вы забыли, дружище, что этот дом уже не принадлежит вам, - заметил Билли.

– Нет, пока еще не принадлежит!
– решительно возразил я.
– Я отдал Норскотту и не намерен выехать до истечения трех недель!

– Превосходно!
– одобрил Билли, с восхищением поглядев на меня.

Кэмпинг привязал лодку и мы, выбравшись на набережную, уселись в машину.

– Счастливого пути!
– пожелал писатель, когда мы все уселись.
– Я передам ваш привет Сангетту, если встречу его!

– Спасибо, - ответил я.
– И не пугайтесь, если он поднимет шум: Гордон сказал, что суд будет на нашей стороне.

Дружески махнув Кэмпингу, мы помчались в обратный путь. Завернув за угол набережной я попросил остановиться, чтобы послать телеграмму Гордону.

"Экспедиция завершилась удачей, - писал я.
– Прибыли в Вестминистер-Палас отель, 5-30".

– Это против городской думы, - пояснил Билли, - так что он сможет придти туда, даже если очень будет занят. Я горю от нетерпения узнать, что произошло после нашего отъезда!

Автомобиль быстро помчался дальше!

Я был до того счастлив, что не мог говорить и сидел, не выпуская нежной руки Марчии.

Было четверть шестого, когда завернули за угол Парламент-сквера и остановились перед Вестминистер-Палас отелем.

У нас было достаточно времени, чтобы привести себя в порядок, до появления Гордона.

Устроив Марчию, я вошел в свой номер, подошел к зеркалу и остолбенел: вид у меня самого дикого разбойника с большой дороги! И я был поражен, как служащие отеля согласились нас принять...

Ванна, гребенка и туалетные принадлежности помогли мне быстро вернуть свой респектабельный вид.

Сидя на кровати, я ожидал Билли, тоже приводившего себя в порядок. Затем мы вместе спустились в гостинную, где был сервирован чай.

Минуту спустя вошла Марчиа.

Несмотря на все тягостные переживания, она была свежа, как майская роза, и лицо ее сияло необычайной красотой.

Билли до того был поражен ее прелестным видом, что самым откровенным образом выразил ей свое восхищение.

– Черт возьми, Марчиа!
– воскликнул он.
– Вас, очевидно, нужно похищать два раза в день! Вы никогда еще не были так прекрасны!

Марчиа очаровательно рассмеялась и подошла ко мне. В ту минуту же раздался стук в дверь, и вошедший лакей доложил о приходе Гордона.

– Я уже знаю о ваших похождениях, - заявил он, входя, - и одобряю их! Я встретил Вильтона в вестибюле.

– Почему же он сам не пришел сюда? Мы ждали его к чаю!

Гордон покачал головой.

– Вы его не дождетесь! Он только просил поздравить вас от его имени.