Лиза помнила, конечно, но надеялась, что этого удастся избежать.

– Я думала, она обошла это!
– с досадой воскликнула она.
– Черт возьми...

– Я тоже думал, - отозвался Юрген.
– Однако не вышло! Ей предстоит сблизится с этим ее Евгением и очень скоро погибнуть. Вот так...

– Но он ведь любит ее!
– возмущенно воскликнула Лиза, словно бы это давало какую-то надежду.
– Почему она должна погибнуть?!

Юрген грустно улыбнулся:

– Если бы все было так просто! Да, он любит ее - наверно...

– Точно!

– Ну, пусть точно. Все равно - тем хуже для нее! Он любит ее, но вряд ли понимает... Он заставит ее вернуться в мир нормальных людей - ты представляешь что это значит для эсперки? Она станет его женой, бесплатным консультантом и сексуальным потрясением...

– Разве это плохо?
– перебила Лиза.

– Нет, это не плохо, за исключением одного: ее развитие на этом остановится! К сожалению, наша культура не позволяет жене быть впереди мужа, и вряд ли Юля, а тем более Евгений, смогут изменить вековые устои...

"Им не надо менять все устои, - подумала Лиза.
– Достаточно изменить их для себя!"

Но вслух она ничего не сказала: в спорах, тем более, с Юргеном, она не была сильна...

– В общем, - продолжал Юрген, - я попробую поискать для нее другой путь... Но не говори ей ничего пока! Страшно заранее осознавать себя обреченной.

С этим Лиза не спорила: страшно! Еще как страшно... И разумеется, никто ничего не скажет Юле, даже если вся община будет знать об этом предсказании...

Но все-таки Лиза не поверила Юргену. Да, конечно, он был магом и астрологом, но Лиза тоже кое-что знала о законах мироздания! Она просто чувствовала, что из-за Евгения ничего плохого с Юлей не случится. Что-то было не так, что-то не сходилось, но Лиза никак не могла понять, что же именно?

Евгений не собирался делиться Юлей своими проблемами - но как-то незаметно рассказал о предстоящем научном совете, о возможном отстранении от кураторства...

– Что, так серьезно?
– со сдержанным сочувствием спросила Юля.
– Лиза говорила, что у тебя могут быть неприятности, но я как-то не очень верила в это. Ты же ни в чем не виноват!

– Ну, как не виноват! Есть за что спросить, на самом деле... Например, почему, узнав о недопустимом поведении Ананича, я не пожаловался на него, а занялся "шпионской самодеятельностью". Может быть, доложи я сразу, ничего этого не случилось бы?

– А почему ты не доложил сразу? Ну, когда только узнал?

– А о чем?
– противореча сам себе, парировал Евгений.
– Ситуация не казалась столь серьезной! Никлас ведь даже спросил у меня разрешения, прежде, чем связаться с вами...

– Но он обманул тебя!

– Да, но... В чем, собственно? Сказал, что перстень принадлежал Сэму, а не Тонечке. Такой мелкий обман - недостаточный повод для жалобы. Вот когда я узнал, что с дневником что-то не то, я уже мог задать ему вопрос официально, так сказать... Но мне хотелось самому убедиться во всем!

– И ты убедился, - вздохнула Юля.
– Но пока убеждался, твой предшественник, царство ему небесное, успел натворить очередных глупостей и свалиться с обрыва. Ну, и причем тут ты?! Что, твое начальство этого не понимает?!

– Вот это мне и предстоит узнать, - слегка улыбнулся Евгений. Завтра вечером.

Юля задумалась: ей очень не хотелось оставлять Евгения одного. Она видела, как он беспокоится, хотя и старается не показывать этого. Но завтра она должна дежурить, и просить кого-то заменить ее не очень удобно.

– Ты не будешь возражать, если я приеду к тебе после работы? спросила она наконец.
– Я постараюсь освободиться пораньше...

Евгений кивнул, стараясь скрыть, насколько же ему этого хочется. Чтобы Юля возвращалась сюда всегда, ждала его из поездок и каждую ночь была рядом... Но он знал, что для нее этого будет мало: никто не сможет заменить ей друзей и магический менталитет "Лотоса". Это даже не обижало Евгений только боялся, что когда-нибудь в общине появится новый обитатель, и Юля забудет свою нынешнюю "неполноценную" любовь...

Сама Юля о таких вещах пока не думала. Сейчас она была всерьез увлечена Евгением, и не менее всерьез о нем беспокоилась. "Что, если решение научного совета будет отрицательным? Каково придется Евгению?" Эти мысли не оставляли ее даже во время работы, они были непривычно тревожными, и отвлекаясь на них, Юля даже на элементарные приемы обезболивания тратила слишком много энергии. "А каким окажется новый куратор?
– помимо воли проскальзывала иногда эгоистичная мыслишка.
– Не попадет ли "Лотос" под излишне пристальное внимание?.."