– Да, только еще одно: вы можете подтвердить, что вы действительно эсперы? Прошу прощения, но...

– Сколько угодно, - Инга гордо выпрямилась, стремительно взмахнула рукой с мгновенно вспыхнувшим перстнем.
– Смотрите!

Она осторожно провела рукой над столом, делая ладонью легкие волнообразные движения - находившаяся под этой рукой небольшая хрустальная пепельница слегка зашевелилась. Инга улыбнулась торжествующе, участила движения и придала им резкую энергию - один край пепельницы приподнялся, окурки посыпались на стол. Дэн и Валерий невольно поморщились, и Инга, заметив их гримасы, второй ладонью заставила мусор вернуться на место. Потом она поднесла руку почти вплотную к пепельнице - и та, подпрыгнув, прилипла к ладони...

– Ну, как, хватит?
– учащенно дыша, спросила Инга.
– Это подтверждает наши слова?

Ответом Валерия был восхищенный поклон. Инга засмеялась:

– Только аплодисментов не хватает! Но главное, что вы нам теперь поверили...

– Да, я поверил... Пойдемте наверх! Я дам вам прочитать письмо Евгения, и вы, я думаю, поймете, почему я так осторожничал.

Они поднялись наверх, в просторную, но запущенную до крайности гостиную. Среди старых и даже старинный вещей как-то неуместно смотрелся компьютер, однако Валерий подошел именно к нему.

– Женька воспользовался электронной почтой, - пояснил он, включая компьютер.
– Мы уже два года так переписываемся...

Найдя нужный файл, Валерий оглянулся: оба эспера по-прежнему сидели на диване, не собираясь подходить к экрану. Он вздохнул и стал читать вслух...

"Честно говоря, вначале я не собирался писать тебе: не хотел впутывать в эту историю. Но представил себе, как ты обидишься на такое - я и сам бы обиделся на твоем месте - и поэтому все же объясню.

Сейчас я еще на свободе, но рано или поздно, и скорее рано, чем поздно, я буду тихо и незаметно арестован бывшими коллегами - они, конечно, не имеют на это прав, но зато имеют возможности..."

– Что?!
– Инга даже вскочила.
– Действительно арестован?! И знал об этом заранее? Да что это значит, в конце-то концов?

– Не знаю, - откликнулся Валерий.
– Мы часто говорили с Женькой про подобные вещи... но всегда как-то "не совсем всерьез". Честно скажу, это письмо было для меня настоящим потрясением.

"Юлю я постараюсь из-под удара вывести: отправлю к родителям, пусть переждет опасность. А если что... я ведь могу на тебя рассчитывать, правда? Материальная помощь ей не понадобится, но вот утешить и успокоить ты сможешь лучше других. У нее, конечно, есть друзья, но тут имеется один нюанс: она "седьмая лишняя" среди трех семейных пар..."

– Я звонил недавно ее родителям, - прервал чтение Валерий.
– Точнее, ее отцу. Он сказал мне, что как раз накануне она исчезла. Они заявили в полицию, но пока поиски не дали результата. И при этом мне показалось, что он знает - или по крайней мере догадывается!
– куда делась его дочь...

– Возможно, - подтвердила Инга.
– У нее всегда были прекрасные отношения с отцом. Признаться, я не раз завидовала ей...

"Ты спросишь, из-за чего сыр-бор разгорелся? К сожалению, сейчас я предпочитаю избегать подробностей: маловероятно, но мое послание могут прочитать и те, кому оно совсем не предназначено! Скажу только, что это логическое развитие истории с моим увольнением: "исследователь СБ не имеет права делать профессиональные интересы личными!" А если ему еще и удается узнать что-то по-настоящему интересное, и этим "чем-то" он из личных соображений не хочет поделиться с коллегами, то и возникают ситуации, подобные моей. В данном случае предметом конфликта стали необычайные способности одного моего знакомого эспера-эмигранта: да, согласен, они могут быть опасными, но я все равно не могу и не хочу делать предметом исследования доверившегося мне человека, причем человека и без того с весьма нелегкой судьбой..."

– Так это все-таки Сэм!
– воскликнула Инга.
– Черт возьми... Но как Евгений нашел его?

– А может быть, - мягко заметил Дэн, - это он нашел Евгения? Это тебе не приходит в голову?

– Мне больше приходит в голову, - сердито ответила Инга, - что Лиза и Юрген не зря испугались! Если дело в способностях Сэма, то каждый из тех, кто был знаком с ним, может оказаться похищенным...

– Валерий, - быстро спросил Дэн, - простите, а вы сами не замечали слежки? Каких-нибудь странных звонков, подозрительных посетителей?..

– Думаю, что нет, - после паузы ответил Валерий.
– Но гарантию дать нельзя, конечно... Хотя: неужели оперативным службам СБ делать больше нечего, кроме как за мной следить?!

– А вы ничего не пытались сделать?
– снова спросила Инга.
– Ну, обратиться в полицию, например...

– Нет, - коротко ответил Валерий.
– Ни в полицию, ни к репортерам я не обращался. Женька сам предупредил меня, чтобы я не делал этого...
– он показал следующий абзац в письме:

"Я прошу тебя не вмешиваться в эту историю активно: во-первых, это принесет тебе кучу неприятностей, а во-вторых, станет опасным для меня и для моего подопечного. Помочь мне могут только мои коллеги - те самые, чьи адреса в конце письма. Тебя я прошу об одном: позвони кому-нибудь из них и узнай, получили ли они мои письма. Если нет, то объясни ситуацию."

– Я звонил тем из них кого знаю лично, - сказал Валерий.
– Сразу, как получил это письмо.

– И что?
– насторожился Дэн.

– Ну, письма они получили, об аресте знают... а на подробностях я пока не настаивал! Да и не скажут они мне ничего конкретного, - с прорвавшейся горечью признал Валерий.
– Во-первых, побоятся огласки, во-вторых, зачем им помощь непрофессионала?

– Вы думаете, что служащие СБ вообще откликнутся на письма бывшего коллеги, который забыл о служебном долге?
– с откровенным, где-то даже презрительным недоверием переспросил Дэн.
– Сомневаюсь я что-то...