Успокоенный, Евгений огляделся. Будь он в менее расстроенных чувствах, "эсперская" заинтересовала бы его - ведь в эту комнату даже персонал очень редко заглядывал, подчиняясь молчаливому негостеприимству обитателей общины...

На стенах, как и в гостиной "Лотоса", были развешаны ауральные картинки. Помимо воли Евгения заинтересовало одна из них: странное, даже какое-то дерзко-негармоничное изображение буквально притягивало взгляд. Евгений допил кофе, поднялся и подошел поближе - рассмотреть.

...Основной тон рисунка был фиолетовым, переходящим от почти черного к светло-лиловому, даже с проблесками розового. Нависшее мрачное небо, на нем, или даже сквозь него, серебристо-розовые звезды. И гладь воды - она гораздо светлее неба, словно светится сама по себе. Из воды торчит косо срезанный черный сталагмит. А на этой наклонной плоскости - розовый шар, цветом чуть темнее, чем звезды...

– Что будет, когда шар упадет?
– спросил Евгений вошедшую Лизу.

Она тоже посмотрела на рисунок и без особого удивления ответила:

– Ну... Брызги, волны. Цвет исказится. Гармония нарушится, одним словом.

– Какая же тут гармония?

– Неустойчивая, - она увидела, что Евгений слегка поморщился.
– Да, я понимаю, математически это безграмотно: неустойчивая гармония, но все же...

– Я понял. Но ведь шар сам по себе - тоже символ гармонии, именно в классическом смысле.

– Да. Но здесь его роль двусмысленна. Своим движением он нарушает свою же символику, а когда он упадет, и все снова успокоится, то он либо утонет - то есть его не будет вовсе, либо будет частично торчать из воды, оставаясь в негармоничном покое.

– Лучше уж ему утонуть. А вообще, интересно было бы это записать в формулах и построить аналогичные изображения. По-моему, я такого еще не видел... Кто это рисовал?

– Юля. А что?..

Евгений вздохнул, даже не пытаясь скрыть досаду. Юля работала с ним увлеченно, старательно, но эту картинку не упомянула ни разу - и совсем не потому, что она плохо получилась... Не хотела быть слишком откровенной? Да, вот вам и искренняя близость с эсперкой!

– Вы ведь занимаетесь расшифровкой ауралок?
– снова спросила Лиза.

– Да. Перевожу язык племени мумбу-юмбу на язык юмбу-мумбу, - с неожиданной злостью на себя, свою работу (и вообще все на свете!) ответил Евгений.
– Художественные образы в формулы, и наоборот, причем и то, и другое равно непонятно. Называется - математическая ауристика...

– Не кокетничайте, вам не идет, - строго сказала Лиза.
– Кто сказал, что ауристика - не точная наука? Во всяком случае, она точнее классической психологии.

– А что в этом мире не точнее психологии? Разве что литература!
– все еще раздраженно отозвался Евгений.
– И вообще, вы что-то собирались мне рассказать? Или уже передумали?

– Нет, не передумала!
– Лиза подошла к вешалке, пошарила в сумке, и на стол перед Евгением легло... удостоверение психолога СБ!

– Что... Черт меня побери - это ваше?!
– едва смог проговорить потрясенный Евгений.

– Ну, а чье же еще? Бывший психолог СБ - к вашим услугам...

Лиза присела в шутливом реверансе, но взгляд ее шутливым не был: она смотрела так, словно хотела заглянуть в душу. Евгений все еще не мог опомниться от удивления:

– Психолог СБ... Вы... Ну, знаете ли!..

– Бывший психолог СБ, - подчеркнула Лиза.
– Выпуск на четыре года раньше вашего...

Евгений медленно оправлялся от очередного шока. За последние дни он узнал больше, чем за все предыдущие годы работы в Сент-Меллоне - и одна новость невероятнее другой! И вся эта лавина катится и катится куда-то под откос... и он вместе с ней, потому что из-за Юли он уже не сторонний наблюдатель, а активный участник событий... И непонятно, чем все это вообще может кончиться...

Но что же это получается?! Ведь им в институте все уши прожужжали, внушая, что близкие отношения с эсперами неизменно кончаются плохо... Но вот перед ним стоит живой пример обратного! Лиза, сменившая, как теперь выясняется, работу в СБ на жизнь в эсперской общине - судя по всему, она чувствует себя прекрасно! Или она открыла в себе какой-то дар? То есть действительно стала эспером?

– Нет, - ответила Лиза на прямой вопрос, - ничего я в себе не открывала. И не умею ничего такого... Разве что научилась элементарным экстрасенсорным приемам, но это каждый может...

– Не каждый. Понимаете, Лиза...

– Ну почти каждый, - перебила она.
– Кстати, можешь перестать называть меня на "вы", я ненамного тебя старше!

– Я заметил, - с легкой насмешкой сказал Евгений.
– По удостоверению! Но не могла бы ты, - он внимательно посмотрел на Лизу, - рассказать, как ты здесь очутилась? Это не тайна?