– Я рада, Галочка. Хороший поворот событий. Все к лучшему.

– А теперь ты рассказывай и все подробно.

Ирина рассказывала Гале и про Катю с Витей, и про Васю, и про Георгия и Ота, и про похабный вечер у Милицы. Набегали слезы, становилось вдруг то жалко себя, то стыдно за себя. Галю очень заинтересовал Сашин рассказ и приезд Риты.

Ирочка, то, что ты ведешь с Сашей беседу и опять его понимаешь, это, по-моему, хороший знак, мне кажется, совсем скоро ты со всем этим разберешься и действительно этот клубок, как в сказке, тебя куда-то выведет. К кому-то.

– Галя, а почему все же правильно, если выводит к нему, к мужчине? Это что значит, что без них все же жизнь неполноценна?

– Не знаю, Ириш, что мудрствовать - тебе хочется еще любить кого-то и чтоб тебя любили, ну не убивать же это, значит, ты и будешь стремиться, искать, пока не встретитесь.

– А почему ты думаешь, что встретимся?

– А потому что я тебя люблю, ценю, понимаю и конечно хочу для тебя лучшего. Я крепко тебе желаю, а это помогает, - Галя говорила на редкость серьезно. Ее милое лицо было сейчас строгим и как-то по-новому привлекательным. Ирина не удержалась, вскочила с места и порывисто ее поцеловала, потом, смутившись, села за стол и сказала обычное:

– Твоими устами мед бы пить.

Галю еще очень обрадовало, что Костя надеется, что Ирина с Катей приедут к нему летом

– Костя твой такая тебе подмога. Это же счастье, Ириш.

Вот о ком она не смогла рассказать ничего внятного, так это о матери. Как-то за всеми последними событиями она утеряла нить, перестала понимать, как на самом деле у нее дела и как надо относиться к Катиным подозрениям, что в бабушку кто-то влюбился.

– Мне, Галочка, начало казаться, что это в моей голове все смешалось влюбиться хочу я, а мерещится мне, что влюбляются все вокруг: Катя, бабушка, еще там кто-то. Но теперь здесь у тебя я вижу, что я что-то не то говорю про себя. Я вовсе не точно знаю, что хочу влюбиться...

– Ира, это просто полоса у тебя такая - полоса сумбура... А как с работой у тебя?

Ирина задумалась, ведь об этом в последнее время она меньше всего думала...

– Не знаю... Вот сейчас вроде бы интервью брала. Должна была у Р., ну знаешь, актрисы, а получилось, у некого Виктора Морозова, режиссера. Кстати, не хочешь с кем-нибудь...
– Галя при этих словах еле заметно нахмурилась, сходить в клуб на спектакль вроде бы, модная штучка. Клуб "Еще" или "Уже"?

– Не знаю, Ириш, спасибо. Как-то не знаю, что тебе сказать... Когда?

– В ночь на понедельник... Я сама не пойду, потому что приглашена Ота Ираклиевичем на концерт.

– Ота Ираклиевичем, а-а, да - врачом. Кстати, Ириш, врачи, профессора - медики, - они другие - не как писатели - актеры - режиссеры. У них амбиции другие и на многое они смотрят иначе.

– Наверное...- Я вот сегодня хотела с ним обсудить мою идею - Васю попробовать вернуть в семью. У него жена Надя и пассия романтическая, неудачная - Надя... Хотела и не застала его...

– Ничего, он тебе, конечно же, позвонит. Уладится.

Ирина смотрела на Галю и вспоминала свое недолгое общение с Борисом, юристом, предполагаемым Галиным супругом будущим... Несколько лет назад она готовила материал о нашумевшем фильме, нужно было дать мнения различных слоев общества. Как-то отозвался директор элитной гимназии, иначе владелец палатки возле Юго-Западной и этак студентка. Кто-то познакомил ее с Борисом, он специализировался на "семейных" и "детских" проблемах. Он за Ириной поухаживал. Вяло. Она позволила поухаживать. Вяло. На его примере она тогда еще точнее поняла, что "не безусловное" попадание ее не устраивает, только раздражает, усиливает тоску. Вспомнила Ирина и другое, как много лет назад, когда она уже давно разошлась с Петром одна ее подружка поведала ей о своей интрижке с Петром, случившейся в тот период, когда они уже расходились, но были еще болезненно привязаны друг к другую... Она его пожалела, Петра, захотела утешить... А Ирине она рассказывала это, когда Ирина в период своего не очень долгого и не очень уж несчастливого, скорее нелепого третьего брака сидела у себя на кухне бледная и хворая после аборта... Подруга заехала проведать... Ирина потом долго ломала голову, почему именно такой момент подруга выбрала для этого, в общем, уже и неважного признания... Все это пронеслось в голове у Ирины мгновенно, Галя только и успела подлить Ирине кофе погорячее. Слушали музыку, курили. В общем, вечер удался. Все же их и сейчас связывало что-то; впереди, конечно же, замаячили уже другие отношения, но пока мягко определялась степень потери общего и возможность потом, в будущем, общаться с новообразуемой семьей. Уехала Ирина не очень поздно, полдвенадцатого она была уже дома. Телефон надрывался - звонил Ота Ираклиевич, конечно же, с извинениями. К тому же он, оказывается, волновался, что Ирины в позднее время нет дома. Ирина коротко, теперь уже без эмоций, повыветрившихся за день, рассказала ему "о двух Надях". Он поблагодарил за информацию, серьезно отнесся к сказанному и пообещал подумать. Главный же вопрос был, где Ирине удобнее встретиться с ним перед концертом и очень ли она занята, может ли он рассчитывать на прогулку с ней и кофе после концерта. Ирина подтвердила свое согласие провести в его обществе вечер и с облегчением положила трубку. Какой-то чересчур церемонный разговор! Настроение все же было другим... Ирина набрала материн номер, рискнула, вдруг не спит. Трубку сняли сразу -Катя.

– Кексик, ты не спишь?

Голос Кати был мрачным.

– Нет!

– Что-то случилось?
– мгновенно встревожилась Ирина.

– Не знаю... Витина мама вернулась, почему-то хочет, чтобы он летел с ней в Америку, хочет, чтобы он там учился... И по-моему она не очень довольна нашей дружбой.

– Подожди, Кекс, недовольство ее может быть тебе только показалось. А что Витя? Он сам-то хочет туда?

– А вот это я как раз понять не могу! Он так взахлеб пересказывает мамины впечатления от этого колледжа, что противно делается. Я ему уже как будто и не интересна! А я вот "Над пропастью во ржи" прочитала. Классная вещь. И есть о чем подумать.

Ирина вдруг вспомнила об Алене. Как кстати, это возможно ее развлечет?

– Катюш, представляешь, сегодня меня узнала и окликнула твоя бывшая одноклассница - Алена, светленькая, такая, невысокая. Помнишь?

– Аленка Бирюкова? Конечно. Ее вредный отчим из нашей - школы забрал... Она девочка хорошая, незлая.

Ирина отметила это "вредный отчим" - похоже, у Кати все разлуки сейчас связаны с "злобным" старшим поколением, лучше пока не комментировать...

– Да, Катюш, я завтра к вам на целый день приеду и с ночевкой наговоримся и приемничек тебе привезу, Костин подарок. У нас с тобой теперь еще видик есть, только Вася ведь в больнице, кто подключит? А так хочется кассету с Костиным спектаклем посмотреть...