Неожиданно уровней стало пять, потом шесть. "Пойдем домой, со мной что-то неладно", - сказала я Стиву.

Дома, лежа на диване, я заметила, что миров стало уже восемь. Больше всего меня интересовало, в каком же из них я находилась до того, как покурила.

Это было что-то вроде восьмиэтажного дома в разрезе. Одна из квартир была моим обычным миром. Остальные выглядели почти так же, но в каждой бросалась в глаза либо дверь неправильной формы, либо странная мебель; все предметы меняли свои очертания. Мне пришлось сильно сконцентрироваться, чтобы разобраться во всей этой мешанине неправильных образов и попытаться найти выход.

Мой друг сидел напротив меня в кресле, глаза его были закрыты, он улыбался. Я неожиданно поняла, что это он все подстроил - расслоение реальности и прочую гадость.

Наверное, это и есть мания преследования. Чувствуешь, что за всеми событиями стоит чья-то злая воля. Тебя обманывают, предают. Нужно срочно выбираться. Где-то должен быть выход.

И вот поочередно на разных уровнях сознания я приходила к одной и той же мысли: хватит с меня этих странных отношений со Стивом, хватит быть слабой беззащитной жертвой, я выросла из этого человека, пора двигаться дальше.

Через несколько часов сознание прояснилось, привычная реальность потихоньку победила все остальные уровни, и вот наконец, я пришла в нормальное состояние, и непонятная тревога сменилась приятной злостью.

Третий раз я пробовала марихуану через много-много лет. На этот раз рядом со мной был Шура Бородин.

Мы были знакомы уже полгода, и Шура пригласил меня в гости к своим друзьям. Он позвонил в четверг вечером и после обмена новостями спросил:

– Кстати, не хочешь в субботу съездить в гости к моим друзьям? У них домик в лесу недалеко от Санта-Круз, там будет много интересных людей. Тебе понравится.

– Я бы с радостью, но ведь мы с тобой идем в театр с Рут и Джорджем. Ты разве забыл?

– Мы успеем. Нас зовут к полудню, часов на пять. Как раз успеем на "Иоланту".

– Отлично, тогда поехали.

– Я заеду за тобой в одиннадцать.

– Хорошо, буду ждать.

Мы ехали долго. Солнце на удивление ярко освещало прибрежное шоссе: обычно летом холмы застилает туман с моря. Машина круто повернула, и у нас захватило дух при виде красивейшего утеса, который подымался из ярко-синего моря.

– Я не рассказывал тебе о моих друзьях, к которым мы едем - Аароне и Грейс?

– Нет, я их не помню.

– Это мои старые друзья. Я очень их люблю. Очень умные, образованные люди, с хорошим чувством юмора. Написали отличную книгу о психоделических грибах в древней Скандинавии, особенно про использование мухоморов берсерками. Слышала когда-нибудь про берсерков?

– Да, но не знала, что они употребляли мухоморы. Это ведь мухоморы называют волшебными грибами?

– Да-да, те самые грибы с рождественских открыток.

Мы свернули на проселочную дорогу наверх, в горы. Тут и там на склонах лесистых холмов мелькали крыши коттеджей. Наконец Шура припарковал машину рядом с двумя другими и сказал, что дальше мы пойдем пешком.

Через несколько минут мы были у калитки, и нас встречал сам хозяин дома. Шура представил меня. Аарон, невысокий, кудрявый человек, заулыбался в ответ: "Очень рад вас видеть, Алиса, идите познакомьтесь с Грейс: она командует парадом на кухне". По заросшей папоротниками лестнице мы спустились к дому: в большой гостиной сидело уже достаточно много гостей, некоторые расположились на полу на громадных подушках.

Аарон проводил меня на кухню, где познакомил с Грейс - стройной женщиной немного повыше меня, с длинными каштановыми волосами, заплетенными в толстую косу. У нее было симпатичное, живое лицо. Она наклонилась ко мне, чтобы перекричать общий шум: "Привет, Алиса, чувствуй себя как дома! Что будешь пить?"

Красивые проницательные глаза. Видно, что она часто смеется. А какая фигура!

Я взяла стакан сока и вышла на веранду с Аароном и еще одним гостем. Посреди открытой веранды, прямо из пола рос громадный дуб, его крона образовывала нечто вроде потолка. Вокруг сидели, стояли, смеялись и разговаривали люди. Я села на скамейку за большой стол, покрытый белой, в красную клетку скатертью, и, набрав себе закусок, повернулась лицом к дверям, чтобы увидеть Шуру, когда тот выйдет на веранду.

Шура появился через несколько минут, сразу нашел меня в толпе и улыбнулся я была уже безумно влюблена в эту улыбку. Он присел рядом с бокалом красного вина в руке и, как обычно, спросил: "Ну как дела?"

Я отвечала, что отлично, и что Аарон и Грейс, кажется, очень приятные люди. "Конечно, конечно" - заулыбался Шура.

Примерно через час мы с Шурой весело болтали о живописи с высоким блондином, который представился "самым гениальным из непризнанных художников Калифорнии". Мы обсуждали выставку в оклендском музее, куда Шура водил меня за неделю до этого, и хором ругали одного из выставлявшихся художников, который показался нам всем крайним профаном. Я легко запомнила его имя: его звали так же, как моего любимого пианиста.