Воцарилось тягостное молчание. Майкл почувствовал себя беспомощным, оглушенным. Он не понимал, как они с Керри могли дожить до этого. Она была совершенно не похожа на ту женщину, которую он когда-то полюбил. И совершенно не походила на женщину, уезжавшую в Палм-Бич всего несколько месяцев назад. Более того: она была не похожа на мать детей, которых он очень любил. Это была не Керри.

— Я останусь у папочки до Рождества, — проговорила она вполголоса.

Майкл с силой ударил кулаком по столу. Бокал Керри опрокинулся. Коктейль залил скатерть и пол вокруг стола.

— Ты останешься у папочки! Ты проводишь семейную неделю с папочкой! Ты носишь украшение, подаренное папочкой! Может быть, ты и трахаешься с папочкой?!

Керри вскочила, ее глаза были широко раскрыты.

— Заткнись! — закричала она. — Да как ты смеешь? Как ты смеешь?!

— Сядь, Керри, пожалуйста.

— Украшение, подаренное папочкой? — продолжала она. — Ты хочешь знать, почему я ношу украшение, подаренное папочкой? — Она поднесла руку к колье, которое заменило подарок Майкла. — Потому что он подарил это мне, прошипела она. — Понимаешь? Не Грейси. Мне.

— Что ты имеешь в виду?

— Да думай что хочешь!

— Черт возьми, Керри! — Теперь и Майкл кричал.

Он схватил жену за руку и привлек к себе. — О чем ты говоришь?

И вновь все взгляды обратились в их сторону. Керри совершенно утратила над собой контроль.

— Мне ты никогда не дарил своего сердца! — кричала она. — В «Брикерс» была не я, а Грейси!

Так что ты не смеешь говорить мне о постели! Ты даже и не понял, что трахался не со мной, а с моей сестрой!

Майкл, ошеломленный услышанным, отпустил ее руку. Керри усмехнулась, глядя на него. Усмехнулась как победительница. Потом развернулась и направилась к выходу. Майкл, словно сквозь туман, увидел, что к ней сразу же присоединился Декстер. Он взял ее под руку, и они вышли на улицу.

Майкл опустился в кресло. Он слышал удары своего сердца и чувствовал, как кровь закипает в жилах. Какое-то время он не видел и не слышал ничего вокруг. Затем взмахом руки подозвал официанта — чтобы тот принес счет. Майкл чувствовал себя совершенно больным.

Как часто они менялись? И почему Грейси ни разу ему об этом не сказала? Потому что Керри забеременела? Именно поэтому Грейси уступила свое место Керри? И поэтому та ночь в «Брикерс» никогда по-настоящему не повторялась?

Расплатившись, Майкл сунул кредитную карточку обратно в бумажник. Затем поднялся и, пошатываясь словно пьяный, побрел к выходу.

Оказавшись на улице, он, точно в тумане, увидел толпу. Заметив его, люди начали махать руками, подталкивать друг друга локтями, приветствовать Майкла. О, как ему хотелось пройтись немного пешком, обдумать произошедшее до того, как придется ехать в аэропорт! Но это было невозможно. Поклонники плотной стеной окружали его со всех сторон.

Он с трудом прорвался к лимузину. В его ушах звучали последние слова Керри.

Машина уже мчалась по шоссе. Майкл же по-прежнему думал о том, что женился не на той сестре.

Декстер лежал в постели, лежал, очень довольный собой. В последние дни он сделал все, чтобы Майкл не смог поговорить с Керри по телефону и чтобы Керри даже не вспоминала о Майкле.

Декстер вытянулся во весь рост — ожидал прихода массажистки. Он взглянул на Зои, лежавшую рядом с ним. Сумеет ли он «найти баланс» между этими двумя женщинами? Декстер надеялся, что сумеет, что сможет оставить обеих при себе. А почему бы и нет?

А если все же придется пожертвовать Зои ради Керри, он сделает это? Да, несомненно.

Зои зевнула и лениво потянулась. В последнее время она как-то отдалилась от него — соперничала с Керри. Это его тоже возбуждало. Ему это нравилось.

Зои, как всегда, была очень красива; ее прекрасные каштановые волосы разметались по подушке. Эта девушка была сама невинность, само совершенство.

А сейчас ему требовалось именно это.

— Ольга уже ждет, — прошептал Декстер. Он взял Зои за подбородок и нежно поцеловал в губы. Затем нажал кнопку под матрасом — вызвал массажистку.

У них с Зои уже сложился определенный ритуал.

Почти каждое утро Ольга, массажистка из Швеции — женщина с высокими скулами, широко расставленными карими глазами и прекрасными пальцами, массировала Зои, смазывая ее кремами и маслами, растирая и разминая каждую клеточку ее тела, готовя Зои для Декстера. Тот же наблюдал за массажем, и это всегда возбуждало его. Иногда Ольга оставалась в спальне и смотрела, как Декстер и Зои занимаются любовью. И это его тоже возбуждало. Удовлетворив страсть, он поворачивался и смотрел на Ольгу, на ее вздымавшуюся под блузкой грудь.