Керри и Декстер вошли в кафе «Европа», и головы присутствующих, конечно, повернулись в их сторону. Керри всегда наслаждалась тем, что, когда ее отец входил куда-то, на всех лицах появлялась приветливая улыбка, кто-то делал затяжные глотки из бокала с вином, а у кого-то перехватывало дыхание.

Посетители подобных заведений не спускали с него глаз, и Керри любила в такие моменты держать его под руку. Рядом с таким человеком, как он, любая женщина могла чувствовать себя королевой.

— Здравствуйте, мистер Портино, — сказал метрдотель Брюс, человек с очень приятной внешностью. Он пожал руку Декстера, протянутую ему, и поцеловал ручку Керри. — Очень рад видеть вас, мисс Портино. — Керри вначале удивилась, но затем обрадовалась, что он назвал ее девичьей фамилией. Ей показалось, что она почувствовала себя прежней молоденькой Керри. — Вы сегодня прекрасны как никогда.

— Брюс, вы неисправимы. Спасибо, — скромно улыбнулась в ответ Керри и последовала за отцом.

Брюс был здесь метрдотелем уже много лет. Когда-то, еще подростком, Керри бегала с ним на танцы.

Они были хорошими друзьями. Но в присутствии ее отца Брюс должен был знать свое место. Декстер никогда не сближался с теми, кто его обслуживал.

— Проводить вас к вашему столу, сэр, или желаете аперитив в баре?

— Да, мы зайдем на минуту в бар.

— Мистер Портино, рад вас видеть, — сказал бармен, протянув через стойку руку, чтобы поприветствовать Декстера. — Вам как обычно?

Декстер кивнул.

— А вам, мадам?

— То же самое, благодарю вас, — ответил за нее Декстер.

Декстер поднял свой узкий высокий бокал с шампанским «Фрамбуа» и слегка коснулся им бокала Керри.

— С приездом, дорогая. За тебя.

— Спасибо, папочка. — Керри поцеловала отца в щеку, — ты неотразим.

Декстер просиял, но затем снова стал серьезен, когда к ним подошла Лидия, хозяйка кафе, и расцеловала его в обе щеки. Повернувшись затем к Керри, она сказала:

— Ты сегодня великолепно выглядишь, дорогая.

Хотя, если честно, я никогда не могла отличить тебя от Грейси. Очень рада тебя видеть. — Она протянула руку, и Керри тепло пожала ее.

— Спасибо, Лидия, — с искренней признательностью ответила Керри.

Керри никогда не подводила Декстера, и он по-настоящему ею гордился.

— Если позволите, я сама провожу вас к вашему столику, — сказала Лидия. Керри встала со стула, и Лидия отодвинула его в сторону. Шампанское оставьте здесь — официант принесет его.

Они прошли через зал, в котором стояло множество ваз с розовыми цветами, несколько обедающих кивнули Декстеру в знак приветствия, но он, по-видимому, не посчитал никого из присутствующих настолько важными персонами, чтобы останавливаться и тратить время на разговор с ними. Все его внимание было сосредоточено на Керри. Он смотрел на ее стройную фигуру в черном платье с длинными рукавами и открытыми плечами, и в его голову снова пришли мысли о ее матери. У нее такие же длинные ноги и такие же зеленые глаза. А ее исключительно красивое лицо обрамляют такие же пышные светлые волосы.

Лидия усадила их за самый почетный стол, находящийся на небольшом возвышении, с которого было видно все происходившее в зале, отделанном красным деревом и щедро украшенном зеркалами.

— Лидия, мы будем шампанское. Пожалуйста, бутылку розового «Тейттингера».

— Хорошо. Приятного аппетита. Керри, я действительно была очень рада тебя увидеть.

— А она права, — сказал Декстер, когда Лидия удалилась к другому столику. — Действительно хорошо, что ты приехала. Тебе бы следовало приезжать почаще.

— Папочка, мы, кажется, уже закрыли эту тему.

— Значит, ее придется открыть еще раз. Это же твой дом.

— Это был мой дом.

— Он и сейчас твой. И всегда будет твоим.

Керри улыбнулась. Она обвела глазами зал, замечая знакомые лица, и сказала:

— А здесь, кажется, ничего не изменилось, правда, папочка?

— Рестораны сильно изменились за последнее время. Пожалуй, это единственное место, в котором осталась приличная кухня с тех пор, как закрылся «Эпикуреан». В «Пти Марме» и в «Табу» поменялись хозяева после твоего отъезда. Даже старинная «Tecia» сейчас выставлена на продажу. Теперь у нас появились «Ренато», «Вилсон», «Лулу» и черт знает что еще, продолжал он. — Я так и не успел попасть ни в один из них — они так быстро появляются и исчезают.

— Но ты же здесь почти не живешь, папочка, — сказала Керри, тронув его за руку.

— Я жил бы здесь, — ответил Декстер, — если бы здесь жила ты.

Керри опустила глаза под пронзительным взглядом Декстера.

— А как ты себя чувствуешь сейчас, когда живешь один? — спросила она, постаравшись придать своему тону непринужденность.

— Ты, наверное, думаешь, что тот урок пошел мне на пользу, да? Но я же жил один в течение пяти лет — ответил Декстер.

Постоянство любовных чувств не было достоинством Декстера. Он мог восхищаться двумя или тремя женщинами одновременно. Ему нравились процесс охоты, обольщения и покорения женщин и то волнение, которое он испытывал в результате завоевания очередной партнерши. Но после победы он уже не питал никакой привязанности к женщине и больше не тратил на нее времени. То же относилось и к его женам. В браке его любовные связи на стороне продолжались всего одну ночь или максимум пару выходных дней — и все.