– Не многим известно, как вы с Дугласом познакомились, - начал Джейсон.
– Если не ошибаюсь, это случилось в Нью-Йорке?

– О да, - с живостью подтвердила Келли.
– Это было необыкновенно романтично. Мы познакомились на крупном издательском вечере, и Дуглас беседовал с какими-то финансистами по поводу своего очередного проекта.
– С женщинами он довольно робок и застенчив, однако, увидев меня, тут же сам подошел ко мне и сказал, что я самая красивая женщина, которую он когда-либо видел. И сказал, что мы должны во что бы то ни стало немедленно отужинать вдвоем. И повел меня в ресторан. На следующее утро он пригласил меня позавтракать вместе, а потом - пообедать, и снова - поужинать. Так продолжалось день за днем. Причем он вел себя как совершенный джентльмен, ни разу даже не позволил себе ко мне прикоснуться. Мы только без конца говорили и говорили, пытаясь получше узнать друг друга. А ещё через несколько дней он сделал мне предложение...

– Таким Дугласа Холлоуэя, пожалуй, никто не знает, - заметил Джейсон.
– Но наших читателей, конечно, прежде всего интересуют его деловые качества.

– Не буду кривить душой, Джейсон, и утверждать, что жить с ним легко, - сказала Келли.
– Главное для Дугласа - это его работа. Моя роль сводится к тому, чтобы всегда и во всем помогать ему. Возможно, кому-то это покажется старомодным, и многие современные женщины будут меня за это презирать, однако именно так сложилась наша семейная жизнь. Я сопровождаю своего мужа во всех его поездках, слежу, чтобы он ни в чем не нуждался. Не забываю даже прихватывать с собой в поездку пару пакетиков его любимого сорта кофе. Такие, казалось бы, пустячки, имеют очень важное значение.

– А дети, Келли?
– спросил вдруг Джейсон.
– Почему вы не заводите детей?

– Прежде всего, потому что Дуглас изначально был против. Он хотел, чтобы мы были только вдвоем.
– Она кокетливо улыбнулась.
– Я вам скажу правду, но только в интервью это не пойдет: по-моему, Дуглас был очень ревнив, и попросту не хотел делить меня с кем бы то ни было, даже с собственным ребенком. Но теперь он уже осознал, что это неправильно, и мы делаем все возможное, чтобы завести ребенка.
– Игриво подмигнув Джейсону, она добавила: - Надеюсь, что к тому времени, когда вы подготовите интервью для печати, я уже смогу поделиться с вами кое-какими новостями на сей счет.

Они вели беседу в том же русле ещё с полчаса, когда Джейсон взглянул на часы. Было пять минут двенадцатого, время нанести решающий удар.

– Теперь, расскажите, Келли, про ваш новый дом. Когда вы собираетесь переезжать? Говорят, это просто какой-то сказочный чертог.

Келли озадаченно взглянула на него.

– Какой новый дом?

– Не отпирайтесь, Келли, не рассчитываете же вы, что вам удастся сохранить такой дворец в тайне. Особняк стоимостью в пять миллионов фунтов стерлингов. Дом номер 13 по Ист-Хит-роуд. Нам известно, что Дуглас приобрел его за бесценок полгода назад. Сейчас дом уже полностью перестроен, и вы, наверное, готовы перебраться туда. Отделка, судя по всему, обошлась вам в целое состояние. Кто ваш дизайнер?

Прекрасное лицо Келли превратилось в маску. Она одарила Джейсона таким взглядом, словно он только что предложил ей сделать ему минет. А Джейсон, словно ничего не замечая, продолжал:

– Насколько мне известно, консультантом по отделочным работам была Бекки Уортингтон. Довольно удивительно, ведь она уже на восьмом месяце беременности.

Мозг Келли работал мучительно медленно, словно в кошмарном сне, когда нужно бежать, а ноги еле-еле передвигаются. Бекки Уортингтон, она встречалась с ней несколько раз на торжественных мероприятиях "Трибьюн"... Дочь богатого землевладельца из Йоркшира... Бывала у них дома... Незамужняя, сухопарая, аристократичная, с крохотными сиськами... Несколько раз оставляла сообщения на автоответчике, так, ничего особенного... А теперь особняк... Восьмой месяц беременности.

Келли схватила свою роскошную сумочку от Диора и, извинившись перед Джейсоном, не чуя под собой ног, помчалась в туалет. Оттуда позвонила по мобильному телефону Кейт.

– Я тебя почти не слышу, - сказала её подруга. Она сидела в ресторане с одной из своих лучших осведомительниц, которая снабжала её очередными жареными фактами. Меньше всего на свете Кейт хотелось сейчас вступать в затяжную и беседу с Келли.
– Я могу перезвонить тебе?

– Нет, - прошипела Келли.
– Только одно скажи: это ведь вовсе не Джорджина, да? А Бекки Уортингтон. И она ждет от него ребенка!

– О, Келли, я это только что сама узнала, - поспешно соврала Кейт. Но я не уверена, правда ли это (еще одна ложь). Возможно, это просто злые сплетни.

Она попыталась перезвонить Келли, но её мобильник не отвечал. Черт побери, до чего не вовремя, подумала Кейт, и, в свою очередь извинившись перед своей собеседницей, уединилась в дамском туалете и позвонила своему редактору.

– Привет, Тристан, - сказала она, когда он ответил.
– Мы должны завтра же дать в печать статью про внебрачного ребенка Холлоуэя.

– Почему?
– изумился тот.
– Мы же хотели подождать, пока Келли не разоблачит их.

– Насколько мне известно, она их уже разоблачила, - заявила Кейт. Подробности сообщу через десять минут из машины, а через пятнадцать минут буду на работе.

Келли решительно прошагала к столу, за которым её ждал Джейсон, схватила его диктофон, выдернула из него кассету и швырнула в его чашку с кофе.

– Никакого интервью не будет, - отчеканила она.
– Посмейте хоть одно слово из этого опубликовать, и я вам такой иск вчиню, что вы без последних штанов останетесь. Поняли?