– Да неужели? Независимо от того, что будет делать или говорить Тина, ты собираешься сидеть тихо и со всем соглашаться, да? Ты собираешься быть пай девочкой, позволить Тине командовать парадом и смиренно молчать?

Лесли поняла, о чем говорит Бен. Она попыталась оправдаться:

– Бен, я никогда не хотела никаких неприятностей...

– Я тоже. Проблема заключается в том, что ты подобна урану, а Тина подобна плутонию - и когда вы две сталкиваетесь, вы достигаете критической массы. Мне не нужно ничего подобного в моем отделе, а учитывая грядущие события, это неизбежно произойдет, если я не уберу одну из вас со сцены. Так что пусть сначала сюжет выйдет в эфир, а я позвоню тебе, когда горизонт будет чист и гроза минует.

– Но, Бен... кто будет делать сюжет?

– Я хочу дать его Джону. Лесли почуяла что-то недоброе.

– Чтобы Джон сам все сделал?

– Да. Сам, с начала и до конца.

– А потом что?

Бен поколебался, а потом ответил:

– Еще рано говорить. Но давай: собирай свои вещи и выкатывайся отсюда сию же минуту. Я не хочу видеть тебя здесь, пока страсти не улягутся, а потом позвоню тебе.
– Он ободряюще добавил: - Ты не уволена, ты ж понимаешь. Я просто хочу, чтобы ты держалась подальше отсюда какое-то время.

У Лесли хватило смелости запротестовать:

– Бен, сюжет принадлежит нам обоим. Я тоже работала над ним.

– Я не забыл.

– Значит... если что-нибудь случится с Джоном... Бен прервал ее:

– Эй, ничего еще не случилось! Просто выжидай и наблюдай - в любом другом месте. Это приказ.

Джон видел, как Лесли выключила компьютер и начала собирать бумаги со стола. Теперь Бен направлялся к нему. Джон потянулся к свободному креслу и придвинул его поближе к столу, предлагая подошедшему Бену сесть.

Бен украдкой посмотрел на Лесли, которая ответила ему непримиримым взглядом, продолжая собирать вещи. Потом он сказал Джону:

– Лесли на несколько дней исчезает со сцены. Джон пронаблюдал за тем, как Лесли швыряет какие-то предметы в сумку и хватает куртку.

– Думаю, это хорошая мысль, Бен. Ценю.

– Итак... ты готов услышать окончательное слово?

– Похоже, сюжет пойдет в эфир.

По виду Бела не было похоже, что он сообщает добрые новости.

– Завтра, если ты успеешь подготовить материал.

– Думаю, успею. Без Лесли будет трудновато, но я постараюсь.

– Тебе придется встретиться с губернатором завтра утром. Лорен Харрис уже договаривается о встрече.
– Бен помолчал, готовясь выложить все прямо и честно своему теле ведущему.
– Он надеется, что губернатору удастся отговорить тебя или запугать - не знаю, что именно. Но ты возьмешь с собой оператора и выслушаешь комментарии губернатора, если таковые у него будут. Потом... ты смонтируешь сюжет, и мы пустим его в пятичасовом и семичасовом выпусках. У тебя будет максимум две минуты, и ты сам сделаешь вступление и озвучивание за кадром. Сюжет будет твоим и только твоим с начала и до конца. И пойдет только под твоим именем.
– Бен с извиняющимся видом пожал плечами.
– Это одно из условий Лорена.

Джон все понял. Он все понял.

– Так вот почему вы отправляете Лесли домой, да? Сюжет должен с треском провалиться.

Бен отвел глаза в сторону и сказал:

– И, вероятно, ты вместе с ним.
– Он снова посмотрел на Джона.
– Я не знаю наверняка, но... давай смотреть правде в глаза: ты не заводишь себе здесь друзей. Ты нарушаешь неписаные правила - то есть по-прежнему хочешь выйти в эфир с этим сюжетом.

– Я не уверен, что хочу. Я просто знаю, что должен.

– Зачем, Джон? Ты по-прежнему считаешь, что чем-то обязан Брюверам?

– Не только. Не побоясь общих слов, я сказал бы, что обязан всем людям. Я обязан сказать Истину.

С безнадежным видом Бен откинулся на спинку кресла.

– Ладно... посмотрим, насколько они ее примут. Я заключил для тебя сделку, но не в восторге от нее.

– Да, я знаю.
– Джон принялся описывать ход переговоров так, словно сам при них присутствовал.
– Тина была против сюжета, вы - за. Харрис оказался между вами, и он беспокоился о судьбе канала и своих отношениях с высокопоставленными лицами. И тут вам пришла в голову идея: послушайте, материал столь важный мы действительно не можем проигнорировать. Но давайте повесим сюжет на одного Баррета, пусть он рискнет, а мы при желании сможем замять историю, не дав ей развиться, поднять большой шум с обеих сторон. Если сюжет не состоится, люди скоро о нем забудут, и мы выйдем сухими из воды; если сюжет привлечет внимание общественности, мы всегда сможем сказать, что первыми выступили с информацией. И в первом, и во втором случае Баррет и Олбрайт потеряют возможность использовать материал в своих целях. Все очень прагматично.

Бен рассмеялся.

– Ты действительно многому научился за годы работы на студии.

Джон знал, что попал прямо в точку, но не испытывал никакой радости от этого.

– Чем-то напоминает картину, которую я видел недавно в торговых рядах. Трудно объяснить, но... это заставило меня задуматься над тем фактом, что при существующем состоянии средств массовой информации вам даже не приходится ничего скрывать и утаивать. Вам даже не приходится особо лгать. Нужно просто достаточно умело отвлекать внимание людей, и они перестанут понимать, в какую сторону смотреть.