— А мог бы и нет. К чему рисковать?

— Потому что у меня нет ничего, что волновало бы меня в настоящий момент.

— Как насчет другого? Фильма совершенно другого жанра?

— Я не хочу снимать фильмы другого жанра. С какой стати? Я только приблизился к точке, где чувствую себя уютно с документальными фильмами; я знаю, что хочу сделать, и в большинстве случаев знаю как.

— Но ты мог бы освоить также и другой вид фильмов.

Она наклонилась вперед, положив свои руки на его руки.

— Поль, мне предлагают сняться в мини-телесериалах. Модели часто занимаются этим, продвигаясь в кино и на телевидении. Думаю, мне это понравится. Знаю, у меня неплохо получится. Когда мы были на побережье, я прочитала одну книгу; замечательно, один из моих друзей собирается написать сценарий для меня в главной роли. Он уверен, что сумеет заинтересовать кое-кого из телекомпании, если выберет режиссера с именем.

Глядя на ее оживленное лицо, Поль удивленно поднял брови:

— Надеюсь, ты не имеешь в виду, чтобы я ставил этот фильм.

— Именно так. Для тебя было бы замечательно.

— Нет. Эмилия, о чем, черт подери, ты думаешь? — Официант появился около их стола.

— Если позволите… особые блюда… — проговорил он без остановки, заполняя лист заказа. К моменту, когда они сделали заказ и официант удалился, лицо Эмилии стало решительным.

— Не нужно делать вид, будто я сумасшедшая. Помнится, как-то раз я сказала, что не думаю, будто фотограф может снимать фильмы; ты сказал, что мог бы овладеть всем чем угодно, если решишь. Больше я ни о чем тебя не прошу. Сейчас самое лучшее время, ты разочарован и готов к новому.

— Я не говорил, что разочарован или готов для нового.

— Ну, ты должен. Что ты получил за всю свою работу? Какую-то темную награду с фестиваля во Франции!

— Я очень горжусь этой наградой, — спокойно сказал Поль.

Эмилия закусила губу:

— Извини, конечно, ты горд. Я тоже. Теперь открывается новая возможность. Поль, это невероятно. Такое случается нечасто!

— Что за возможность?

— Для меня сняться в главной роли в мини-сериалах!

Поль осушил свой бокал с вином и откинулся на спинку стула; незамедлительно материализовавшийся официант вновь наполнил его. Поль рассматривал Эмилию.

— Ты хочешь, чтобы я стал режиссером телефильма, чтобы ты могла сняться в одном из них?

— Я слышала, как о тебе много говорили в Лос-Анджелесе, — сказала она. — У тебя громкое имя за пределами этого города, у меня и моего друга сценариста тоже. Мы втроем не можем потерпеть поражение, Поль. А это то, что мне необходимо.

Наступила пауза. Затем Поль кивнул:

— В этом подлинная причина, так? Ты не получила того количества предложений, как в прошлом году?

— Понимаешь, всегда бывают моменты затишья, — проговорила Эмилия. — Сейчас им нужны длинные, поджарые девицы, американизированного типа. Но эта мода скоро пройдет; я не особенно беспокоюсь, вовсе нет. Дело в том, что я готова для новых начинаний; уверена, ты согласишься с этим. Ты сам постоянно искал что-нибудь новое, помнишь? Мне нужно, чтобы ты оказался тем, кем, по твоим словам, ты являлся.

— Я кинодокументалист, — глаза его потемнели, когда он глядел на нее, — но ты хочешь, чтобы я стал кем-то другим, в чем я совершенно не заинтересован.

— Откуда ты знаешь? Ты ни разу не пробовал!

— Тебе нужен режиссер с именем. Гораздо важнее то, что тебе безразлично какой, лишь бы удалось достать. И ты считаешь, что сможешь заполучить того, что сидит напротив тебя за столом и спит с тобой в одной постели?

— Что это значит?

Подали закуски, но они не обратили на них внимания.

— Ты хотела стать моделью и просила меня сделать твои фотографии, ты использовала мое положение, чтобы произвести впечатление на Маркена. А теперь ты хочешь, чтобы я использовал свое имя и помог тебе сделать телесериал, потому что твоя карьера модели, видимо, движется к закату.

Она высоко вскинула голову:

— Что плохого в том, что жена просит мужа помочь?

— Я не был твоим мужем, когда ты просила меня фотографировать тебя. — Он грустно усмехнулся. — Знаешь, Эмилия, немногим более семи лет назад я верил, что женщина, которую я любил, была охотницей за деньгами. Это было одной из причин, побудившей меня отвернуться от нее. Но все кончилось тем, что женился я, как видно, на одной из них, не так ли?

— О чем ты говоришь?

— У тебя достаточно собственных денег, поэтому мне никогда не приходило в голову, что ты можешь быть такой же, но тебе нужно другое: выйти замуж, быть моделью, теперь ты хочешь стать актрисой. А я — средство для добывания всего, что ты хочешь.

— Для этого и существует муж. Не могу поверить, что все это ты говоришь мне. Я хорошая жена; читаю книги по производству фильмов, чтобы тебе было с кем поговорить, читаю газеты, чтобы, если тебе захочется, мы могли поговорить о политике, торчу дома больше, чем другие женщины моей профессии, упорно тружусь, чтобы быть дома как можно чаще. Я все делаю правильно, Поль, и я делала все, что могла, чтобы быть хорошей женой.