— Элизабет, милая. Ты так молода и невинна и мало знаешь меня… Но я люблю тебя и никогда не обижу. Ты не должна меня бояться. Позволь погладить тебя. Я хочу запомнить тебя всю.

Бетси доверчиво повернулась к нему, обхватила его шею руками и приникла к его губам.

— Так что ты принесла сегодня, ты мне еще не сказала?

Элизабет стояла перед зеркалом и укладывала растрепавшиеся локоны. Джек стоял у нее за спиной.

Ах, лучше бы он не задавал этого вопроса. Девушке показалось, что ее опустили с небес на землю.

— Меня послала миссис Эшли, — сказала Элизабет, нахмурившись. — Я узнала кое-что этой ночью. Англичане собираются в это воскресенье атаковать Чарльстон.

Это известие, казалось, не произвело на Джека никакого впечатления.

— Откуда ты узнала об этом?

— Ну, я слышала, как два офицера говорили. Это не болтовня. Они говорили серьезно.

— Я тоже слышал об этом.

— Правда? Надо было мне еще их послушать, может быть, узнала бы побольше.

— Кого это ты собиралась послушать? — спросил Джек таким тоном, что Бетси сразу прикусила язычок.

Как же он мог говорить с ней так сурово после того, как обнимал ее только что? Элизабет поняла, что не сможет сказать правду и подвести миссис Эшли.

— Я их видела сегодня на улице, офицеров этих. Они не знали, что я стою рядом. Они все это в самом деле говорили, Джек. Я ничего не придумала. — Элизабет закончила свое объяснение и облегченно вздохнула, по крайней мере последние слова Бетси были чистой правдой.

Джек подумал и кивнул головой.

— Мне нужно было только подтверждение, Элизабет, и ты мне его принесла. Теперь я уверен в том, что нападение состоится. Сегодня ночью мне придется уйти.

Элизабет посмотрела на туго набитую сумку Джека, которая валялась на полу. Когда девушка вошла в комнату, Джек собирал вещи. Значит, уже тогда он собирался уходить? Уходить, так и не повидав ее?

— Джек, ты давно в Бостоне?

— Да, дорогая, четыре дня, а сюда я пришел сегодня.

— Ты бы так и ушел из города, не повидавшись со мной?

— Да, милая. Это было неразумно. Я ведь пришел сюда ненадолго, только чтобы собрать информацию. Теперь я ее получил.

Элизабет хотелось только одного — разрыдаться. Но она решила, что ни за что не будет больше плакать перед Джеком. Плечи девушки дрожали, взгляд стал мрачным, губы подергивались.

— Я думала, ты с милицией, я беспокоилась, а ты… ты был здесь, в Бостоне…

— Но Бетси…

— Как ты попал сюда?

— В Бостон? Да вот с этим пропуском, — сказал он, доставая из внутреннего кармана сложенный вчетверо листок бумаги.

Это было разрешение на въезд в город, снабженное подписью членов Конгресса провинции.

— Это совсем не то, что ты думаешь, Бетси. Это документ, который дает возможность безопасно войти в город. А вот и другой…

И Джек с гордым видом достал еще одну бумагу, на этот раз с печатью генерала Гэйджа. Это было разрешение на выезд из Бостона.

— Виги еще могут покидать город. Правда, они должны сдавать оружие, но у меня ничего нет, так что… — добавил Джек лукаво. — И я не думаю, что меня задержат, чтобы призвать в армию: ты видишь, я так хромаю, и у меня такой больной вид…

Джек тут же продемонстрировал Бетси и то и другое. Получилось очень правдоподобно.

— Если бы у меня было записано, что я уезжаю с женой, то я смог бы взять тебя с собой. А так это очень опасно.

Из всех слов, произнесенных Джеком, Бетси услышала только одно — «женой» и почувствовала, как сердце рвется у нее из груди.

— Что ты сказал, Джек?

— Я сказал, что очень рад видеть тебя, Бетси. Это Господь услышал мои молитвы, поверь мне. Ты осветила всю мою жизнь. Я каждую минуту думал о тебе, я мечтал о тебе каждую ночь, с тех пор как мы расстались. Не сердись на меня, Бетси. Я так люблю тебя. Если бы только было возможно, я забрал бы тебя сегодня ночью. Но это слишком опасное путешествие. Подожди меня в городе, как мы с тобой договорились раньше. Подожди меня, и я вернусь. Война кончится наконец, и мы с тобой…

— Нет.

— Бетси.

— Нет.

— Прошу тебя…

Совсем не так представляла Бетси их встречу, когда, стоя у ворот форта несколько недель тому назад, она наблюдала уход тысяч патриотов из города. Тогда она страстно желала идти к ним, разыскать Джека и услышать от него те слова, которые он сказал ей только сегодня. Бетси мечтала, чтобы он умолял ее остаться в городе и ждать его.

Теперь чувство девушки к Джеку было совсем иным. Детский романтизм развеялся. Элизабет любила его глубоко и страстно. Она хотела идти с ним. Ожидание казалось ей невыносимым.