Вера остановилась посередине комнаты. Она обернулась и посмотрела на Флетчера с беспокойством. Конечно, он чувствовал себя здесь очень одиноким. И это не только вопрос пространства, отделяющего его от Англии. Это вопрос образа жизни.

— А что потом, скажи, дорогой, что мы будем делать потом?

Флетчер улыбнулся и прижал ее ладонь к своей.

— Потом тебя обязательно представят моему старшему брату, который будет ухаживать за тобой и целовать твои руки. В душе он считает себя французом, но если ты когда-нибудь скажешь ему об этом, он очень рассердится. Ты познакомишься с его женой и детьми, я даже не представляю себе, сколько их сейчас у него — думаю, не меньше трех. Они, конечно, будут называть тебя тетушкой Верой, а за спиной показывать тебе язык.

— В самом деле? — И Вера представила себе, как она сурово смотрит через плечо.

— И, конечно, в ближайший вечер в твою честь будет дан бал. Все соседи съедутся на него, сгорая от любопытства. Им, конечно, захочется посмотреть на эту маленькую женщину из колонии, которая пленила второго сына Джонотана Уильяма Айронса. Мои младшие братья будут на балу наперебой приглашать тебя потанцевать, но, конечно, при этом будут спрашивать моего разрешения. Хотя, будут ли?

— А это не считается грубым?

— Да нет… На тебе будет белое шелковое платье с открытыми плечами.

И Флетчер расстегнул блузку своей будущей жены, чтобы наглядно показать, какая часть ее тела должна быть обнажена на балу.

— На тебе будет пара самых лучших чулок, которые когда-либо носила настоящая леди. Они будут совершенно воздушными, я даже не почувствую их, прикасаясь к твоей ножке, — сказал он, проводя пальцами по юбке, повторяя линию бедер.

Вера вздохнула от восхищения воображаемой картинкой.

— Вы позволите мне потанцевать с Вами, миссис Эшли? — спросил Флетчер, поднося Верину руку к своим губам.

— Я очень редко танцевала. Иногда мы ездили на танцы в Лексингтон. А в Бостоне мне негде было танцевать.

— Ничего страшного, моя дорогая. Тебе нужно только повторять мои движения, — сказал Флетчер и подхватил Веру за талию.

Прижав к себе, он повел ее в танце по скрипящему полу, показывая то одно, то другое па. Флетчер начал напевать какую-то незнакомую мелодию, и Вера вскоре тоже подхватила ее.

Они кружились все быстрее и быстрее, пока пыль не поднялась вокруг них столбом.

— Остановись, пожалуйста, — попросила Вера, весело смеясь.

Они остановились, и Вера прижалась к груди лейтенанта. Она слышала, как громко колотится его сердце.

— Да, моя милая, мы будем танцевать всю ночь.

— Но только не так быстро!

— Ничего, ты привыкнешь, и тебе даже понравится. Потом для нас приготовят спальню, старинную комнату, расположенную вдали от всех остальных.

— Да, — сказала Вера, чуть отодвинувшись и заглядывая в его серо-голубые глаза, обрамленные черными ресницами.

— Там, моя дорогая, я подарю тебе, уже миссис Айронс, всю мою любовь и еще кое-что, что сделает тебя по-настоящему счастливой.

— И что же это?

— Ребенок, Вера, ребенок!

— Нет, — сказала она, — нет, я не смогу… Но вдруг страх заставил Веру оборвать начатую фразу.

— Я хочу подарить тебе его, Вера! И я надеюсь, что смогу это сделать. Мое сердце разрывается при мысли, что я буду не способен дать тебе то, чего ты больше всего можешь захотеть.

Вера подняла руку, чтобы заставить Флетчера замолчать, но он поймал ее и прижал к себе.

— В этой комнате, где происходят чудеса, — прошептала Вера, — мы будем с тобой вместе. Ведь она создана специально для нас с тобой.

— Конечно, моя милая.

— И ты долго будешь обнимать меня и пообещаешь любить вечно?

— Я обещаю любить тебя вечно. Обещаю любить тебя всю свою жизнь.

Вера на мгновение представила себе все то, о чем они только что говорили. Она приподнялась на цыпочках, легко коснулась губами его губ, развязала ленту на затылке, и черные волосы Флетчера рассыпались по плечам. Вера отошла в сторону и стояла, прикрыв глаза и греясь в лучах солнца, бивших в окно.

Миссис Эшли представила себе, как она, протанцевав всю ночь со своим мужем Флетчером Айронсом, приходит в спальню. Приближается утро. Вера снимает свое роскошное белое платье с величайшей осторожностью: ведь у нее никогда не было такого. Флетчер идет к ней через комнату. В его глазах горит желание, и он так красив, что Вера готова дать ему все, что он пожелает…

Вера почувствовала, как Флетчер обнимает ее, и это был не сон. Лейтенант взял ее на руки и вынес из освещенного солнцем круга. Вера открыла глаза, теперь ей не нужно было мечтать. Он был рядом.