С высоты своего положения я мог видеть двор форта, но ни в самом дворе, ни на стенах не было заметно никакого движения. И все же расстояние было слишком велико, чтобы отсюда можно было разглядеть отдельно стоящего человека. Если бы люди внизу двигались, то я мог бы заметить их передвижение.

Опираясь на свой деревянный посох, я продолжал свой путь под гору, пересекая склон по диагонали, пробираясь сквозь густые и колючие заросли. К тому времени, как я оказался недалеко у подножия горы, солнце было уже совсем низко, и длинные тени легли на землю узкой долины.

До нашего форта оставалось не более трех сотен ярдов, и примерно половину этого расстояния составляла открытая местность близ опушки, где теперь должны были дожидаться своего часа люди Бауэра, если, конечно, они еще не начинали своей атаки.

У меня все еще болела голова, хотя за день эта боль несколько притупилась. Ступать тоже было больно, хотя мне все же удалось несколько разработать ногу, которая стала немного сгибаться в колене, особенно после того, как я надрезал стягивавшую его штанину.

Я с грустью глядел на стены форта. Огней не было видно. Я убеждал себя, что еще слишком рано, но все же в хижианх было бы уже довольно темно, чтобы сидеть без света, и в домах его обязательно зажгли бы. Если бы жив еще был кто-нибудь, кто мог это сделать.

Долина вокруг форта тоже была пустынна. Все тихо и неподвижно.

В тот момент, я не отказался бы прибегнуть к помощи Нуннехи, бессмертных богов подземного царства, находившегося под горами и реками этого неведомого, дикого края. Чероки рассказывали мне о них, неизменно понижая голос и переходя на шепот, то и дело испуганно оглядываясь по сторонам, настороженно поглядывая на темные уголки, ибо пути бессмертных были не исповедимы, и считалось, что в любой момент они могли оказаться где-то поблизости.

А что, если наши оставили форт? Что, если Янс увел их в лес? Эта мысль совершенно не вязалась со здравым смыслом, ибо этот маленький форт значил для нас слишком много, тут оставались наши семьи, так что нам было, за что сражаться. За стенами форта и в окрестных хижинах хранились наши запасы зерна, солонины и всего того, что досталось нам за годы тяжкого труда в этой глуши на краю света.

Янс был умен. Он мог специально подстроить все это, чтобы завлечь наших врагов в ловушку, а затем нанести сокрушительный удар, который уничтожил бы Бауэра и тех, кто пришел сюда вместе с ним.

Затем, вспомнив о том, что я и так уже порядком задержался, я отправился дальше, пробираясь между деревьями и сквозь буйные заросли кустарника, раскинувшиеся близ лесной опушки.

Но тут мой слух уловил какой-то тихий шорох, заставивший меня остановиться. Зажав в руке нож, я оглянулся вокруг. Там кто-то был. Как будто кто-то ползет, подбираясь поближе. Я отступил назад, прижимаясь спиной к стволу раскидистого старого клена и стал ждать.

Я ждал, крепко сжимая в руке рукоятку ножа.

ГЛАВА 24

Я стоял, прижавшись спиной к старому дереву, у которого был мощный ствол, шириной никак не меньше трех футов в диаметре, так что сзади у меня была надежная защита. Левой рукой я сжимал свой посох, а нож держал в опущенной руке, режущей стороной лезвия вверх.

Кто бы сейчас ни подбирался ко мне, делал он это умело, и видно по всему, опыта в этом деле ему было не занимать. Я мог судить об этом по тому, как он передвигался. Что-то зашуршало среди листвы всего в трех футах от меня. Внезапный бросок, и мог бы запросто всадить в него лезвие своего ножа, но я никогда не стрелял первым и не бросался с ножом, не успев прежде рассмотреть противника. Чего греха таить, порой встречаются и такие горе-охотники, которые готовы палить по всему, что шевелится. Мне же необходимо для начала увидеть и оценить мишень.

Человек поднимался с земли, и я знал, что он тоже чувствует мое присутствие. Он знает, что где-то совсем рядом кто-то затаился; иногда человеку дано чувствовать это.

Левой ногой я осторожно шагнул вперед, надежно втыкая в землю свой посох, готовый в любой момент полоснуть противника ножом.

Рука, затем несяные очертания головы. Получше приглядевшись, я внезапно замер на месте, как вкопанный. Ну конечно же...!

– Янс?
– изумленно выдохнул я.

Янс выступил мне навстречу из зарослей, как будто материализуясь из неоткуда. Он широко улыбался. Я не видел его глаз, но судя по белевшим зубам, он улыбался.

– Я уж начал беспокоиться о тебе, парень. Где ты пропадал?

– Тебя дожидался, - тихо ответил я.
– Что случилось?

– Джереми удерживает форт. Надеемся, что их удастся выманить из леса. Пусть подумают, что мы сбежали. Все тихо, огни не горят. Все на своих местах.

Индейцы не пожелали сидеть взаперти, и поэтому я выбрался в лес вместе с ними. Все здесь, поблизости. Если они нападут на форт, то мы сможем зайти к ним с тыла. Я уверен, что ждать осталось недолго.

Он подошел поближе.