– Хорошо, ответил он, - но только без стрельбы.

– Это все та женщина, - сказал кто-то.
– Я слышал, как она наняла Топпа, и что ему обещала за это.

– Неважно. Нам в городе не нужны убийства.

У меня заняло немного времени, чтобы собраться. Чемодан Магоффинов я оставил в номере рядом с кроватью для того, кому он понадобится, забрал из конюшни коня и поехал мимо ресторана.

Окна ресторана горели, хотя было поздно. В "Золотой шпоре" тенор пел с ирландским акцентом "Сегодня мы ночуем в старом лагере".

Спешившись, я подошел к дверям. Молли была там, и я передал ей конверт.

– Я только что все прочитал. Похоже, тебе придется разбираться с наследством Натана.

– Знаю. Кажется, я уже готова к этому.

– Я уезжаю, Молли. Я выбираю тропу домой. Там есть маленький городишко под названием Пуэбло, городишко с замечательными людьми. Если появишься в тех краях, заезжай - я буду ждать тебя.

– Девушке неприлично ездить в гости к мужчинам.

– А если этот мужчина станет твоим мужем?
– Тяжело было произнести это слово, но мне все-таки удалось.
– Там есть священники, проповедники и всякие другие лоцманы человеческих душ. Можешь выбирать.

– Никогда не думала, что ты наберешься смелости сказать это, Майло.

– Я тоже. Дело в том, что меня пугает сама идея. Как подумаешь об одиноких тропах, полянах, залитых лунным светом, ручьях, бегущих с...

– Позабудь про это. Увидимся в Пуэбло.

С этим напутствием я забрался в седло и повернул коня хвостом к городу. Отъезжая, подумал, что где-то по пути могу нарваться на Прайда Хоуви, и тогда меня ждут неприятности, но к ним я готов. Оглянувшись, увидел на улице с дюжину человек с ружьями и винтовками. Меня провожал почетный караул.

На низком гребне показались четыре всадника, они оглянулись, ожидая погони. Ее не было. Их выгнали из города - вытащили из постелей и сказали уезжать, и немедленно.

Горожане не хотели стрельбы, не хотели неприятностей, и те, кто принес с собой беду, оказались незваными гостями, которых не хотели больше терпеть.

– Залезайте на своих лошадей и проваливайте. Не знаю, куда, но сюда больше не возвращайтесь.

– А нельзя ли подождать поезда?
– осведомился пижон.

– Нет. У вас есть лошади. Поезжайте на них.

На гребне они немного постояли, потом начали спускаться по склону.

– Поехали в Кэнон-Сити, - предложила Энн.
– Мне все равно туда надо. У меня там деньги в банке.

Крупный мужчина со сломанной челюстью с отвращением посмотрел на нее, а его сестра сказала:

– Ты давно обещала нам деньги. Я хочу увидеть, какого они цвета.
– Она головой показала на мужчину со сломанной челюстью.
– Рея надо лечить. Ему надо отдохнуть. Нам нужны деньги.

– Разумеется. В Кэнон-Сити.

Они много не разговаривали.

– Разве нет дороги покороче?
– спросила толстая женщина.

– Есть, но тогда нам придется проезжать по земле Ролона Тейлора. От него у нас и так одни неприятности. Его люди могут отнять у нас лошадей и седла.

– Они и так принадлежат Тейлору, - заметил пижон.

Четверо всадников ехали в молчании, пока тускло-серый рассвет не сменил яркий день. Они разбили лагерь под соснами, и городской пижон чувствовал себя несчастным. Он никак не мог удобно устроиться на земле, и вместе с солнечным светом в нем нарастало раздражение и отвращение. Их не взбодрил даже кофе.

– Никогда не думал, что мы уедем вот так. Ты говорила, что у нас будет золото, много золота.

Мы временно потерпели неудачу, только и всего. У меня есть один план.

Через несколько минут она сказала:

– Вы не учли одного: они выехали перед нами, он впереди, а она немного позади. Ни у кого из них не было ничего, кроме седельных сумок. Завещание наверняка у них.

Пижон задумался. Четверо против двоих, к тому же на стороне четверых была внезапность.

– Может быть, - пробормотал он.
– Может быть.

Он был зол. Он вложил в это дело кучу времени и собственных денег. Как-то раз он работал вместе с Натаном Альбро и восхищался им. То, что у Альбро были деньги, он знал точно. Энн Хенри была, по слухам, его дочерью и наследницей. Ей нужна была помощь, и он был рад оказать ее. Теперь, несколько месяцев спустя, он уже не чувствовал радости. Он хотел получить свои деньги обратно и при этом выпутаться из этой истории целым и невредимым.

– Впереди ранчо, - вдруг сказала Энн.
– Там мы сможем перекусить.