Гагаринский прокурор этого не сделал.

Мы не можем быть соответчиками по этому делу ввиду категоричности требования статьи 15 закона РФ «Об авторском праве и смежных правах». Если суд разрешит вопрос о правах автора статьи «Симбиоз. КГБ и евреи» без привлечения его к участию в деле, то решение суда подлежит отмене по положению статьи 364.2.4 ГПК РФ.

В связи с этим заявляем о невозможности рассмотрения данного дела без участия автора статьи «Симбиоз. КГБ и евреи» в связи с характером данного спорного правоотношения».

Представители прокурора запротестовали — как они могли согласиться привлечь автора, если они не знали, кто он? И суд отказался привлекать его к участию в деле: что суду какой-то закон «Об авторских правах», если есть конкретный заказ?!

Напомню, что прокуратура и суд цинично издеваются на законом и здравым смыслом, фабрикуя подобные исковые заявления. Закон «О противодействии экстремистской деятельности» и даже Рекомендации Генпрокуратуры требуют рассматривать экстремизм всего информационного материала — всей книги или статьи, а они нагло выдергивают из материала отдельные предложения или несколько слов и их объявляют экстремистскими, а по этим словам объявляют экстремистским и весь материал.

Ранее, в деле по признанию экстремистской статьи Дуброва, я говорил этой же судье Каштановой в своих возражениях на исковые заявление следующее:

«Гагаринская прокуратура вопреки закону «О противодействии экстремистской деятельности» предлагает рассмотреть Замоскворецкому суду не весь газетный материал, а лишь информацию из него. Если суд последует этому противозаконному приему и вынесет решение о том, что из-за нескольких рассмотренных им предложений весь газетный материал является экстремистским, то я перепишу слово в слово заявление Гагаринского прокурора, заменив только название статьи на название решения суда, и подам его Гагаринскому прокурору, чтобы тот представил его в суд. И, согласно статье 13 закона «О противодействии экстремистской деятельности», потребую, во-первых, признать экстремистским само решение Замоскворецкого суда, во-вторых, включить это решение суда в федеральный список экстремистских материалов, поскольку в этом решении Замоскворецкого суда будут процитированы те предложения, которые сам Замоскворецкий суд признал экстремистскими».

И я подал встречный иск.

«И.О. Гагаринского межрайонного прокурора г. Москвы Л.П. Ситников подал заявление о признании экстремистскими материалами статьи «Симбиоз. КГБ и евреи», опубликованной в газете «Дуэль» N31(529) от 31.07.2007, в котором просит суд: «Признать, материалы статьи «Симбиоз. КГБ и евреи», опубликованной в газете «Дуэль» в N31(529) от 31.07.2007 экстремистскими материалами, так как в них содержится информация, обосновывающая и призывающая к осуществлению экстремистской деятельности, направленная на возбуждение национальной розни». При этом прокурор приложил к делу доказательства, а его представители готовы в суде доказать наличие в статье «Симбиоз. КГБ и евреи» информации, обосновывающей и призывающей к осуществлению экстремистской деятельности, направленной на возбуждение национальной розни.

Согласно пункту 3 статьи 1 закона «О противодействии экстремистской деятельности» экстремистскими материалами являются «предназначенные для обнародования документы либо информация на иных носителях, призывающие к осуществлению экстремистской деятельности либо обосновывающие или оправдывающие необходимость осуществления такой деятельности».

Заявление Гагаринского прокурора — это документ, предназначенный для обнародования на открытом судебном заседании и в нем содержится информация, которую он сам считает «обосновывающей и призывающей к осуществлению экстремистской деятельности, направленной на возбуждение национальной розни».

В связи с вышесказанным и руководствуясь обстоятельствами этого дела, законом «О противодействии экстремистской деятельности» и статьей 138 ГПК РФ ПРОШУ признать, материалы Заявления Гагаринского прокурора экстремистскими материалами, так как в них содержится информация, обосновывающая и призывающая к осуществлению экстремистской деятельности, направленная на возбуждение национальной розни».

Представители прокурора были в шоке, стали возмущаться, что на прокуроров иски не подаются, но я их успокоил, что к прокурору не имею претензий, а прошу признать экстремистским материалом его заявление. Надо сказать, что и Каштанова не нашла, как сразу отказать, ушла в комнату совещаний и долго совещалась, после чего зачитала коротенький документ, отказывавший во встречном иске по тем основаниям статьи 138 ГПК РФ, по которым я просил иск признать.

Статья 138 ГПК РФ устанавливает:

«Судья принимает встречный иск в случае, если:

— встречное требование направлено к зачету первоначального требования;

— удовлетворение встречного иска исключает полностью или в части удовлетворение первоначального иска;

— между встречным и первоначальным исками имеется взаимная связь и их совместное рассмотрение приведет к более быстрому и правильному рассмотрению споров».

Правовая природа зачета встречных исков в основе своей имеет целью и оспаривание самого процессуального права истца по первоначальному иску на обращение в суд. Такой зачет используется и в практике; так, по делу, в котором иск подается доверительным управляющим, рассматривается и встречный иск ответчика о признании недействительным самого договора доверительного управления.

И мы встречным иском оспаривали само незаконное право Гагаринского прокурора обращаться в суд с незаконным заявлением, ставя его в положение, при котором прокурор, доказывая, что не статья Никаша в целом, а лишь информация в ней является экстремистской, автоматически доказывал, что и его заявление тоже является экстремистским. Встречным иском мы требовали от него отозвать заявление, и, если он действительно видит экстремизм, то написать заявление так, как требует закон — просить суд рассмотреть экстремизм всей статьи «Симбиоз. КГБ и евреи» в целом, а не какой-то «информации» в каких-то «материалах» в этой статье. Если бы он подал такое заявление, мы просто не смогли бы подать встречный иск — у нас не было бы оснований. Таким образом, наш встречный иск полностью соответствовал требованиям первого абзаца статьи 138 ГПК РФ, и этого уже было достаточно для его принятия судом.