Джесс кричал ей, стараясь перекрыть шум. Осень не слышала, зато она видела, куда он показывает. Ага, еще одна пещера, расположенная ниже, но более доступная, была прямо перед ними.

Она быстро взглянула назад. В лунном свете предстала ужасная картина: десятифутовая стена воды, разрушая все на своем пути, неслась на них с огромной скоростью. Джесс схватил Осень за руку и толкнул по направлению к скале. И она начала сильными прыжками подниматься по склону и, наконец, нырнула в темную дыру пещеры, моля Бога, чтобы пещеру не затопило. Всем своим весом Джесс с размаху плюхнулся на нее, так что у Осени захватило дух. Рев снаружи был оглушительным, но они вовремя унесли ноги.

Опустившись на колени, она подползла к краю уступа, и ужас пригвоздил ее к месту, когда она посмотрела на стену воды, бившуюся неподалеку. Они умрут. Осень схватилась за Джесса. Земля дрогнула от разгулявшейся стихии, сорвавшейся с привязи.

Осень спрятала лицо на груди Джесса. И тут, на пороге смерти, на нее вдруг снизошло спокойствие.

– Я люблю тебя, Джесс, – проговорила она вслух, зная, что он не слышит ее.

Осень чувствовала, что капли воды с размаху шлепаются на нее. Скалы дрожали. Джесс тронул ее за плечо.

– Отодвинься. Ты слишком близко к краю.

Осень позволила увести себя, но не понимала, что теперь это не имело никакого значения.

Вода уже переливалась через препятствия, затопляя пол пещеры. Осень бормотала молитвы, уткнувшись Джессу в грудь, благодарная, что она была в его объятиях. Рев все усиливался. Осень ждала, что их вот-вот затопит. Но этого не случилось. Хотя Джесс и склонился к самому ее уху, она не смогла расслышать голос, доносящийся из его груди:

– Вода спадает. Сначала она всегда выше. Уровень воды поднимается, когда наводнение толкает скалы и всякий мусор, а потом опускается.

Вода на самом деле отступала. Так, они не умрут! Голова ее закружилась от облегчения. Руки ее, по-прежнему вцепившиеся в Джесса, казалось, свело. Она смотрела через его плечо на воду, бурлящую всего в нескольких дюймах ниже входа в пещеру.

– Вода, правда, сходит. – Она совершила неимоверное усилие, чтобы держать под контролем свою речь. Адреналин проникал в ее кровь, и сердце стучало как сумасшедшее. – Она ниже теперь, видишь?

Осень подползла вместе с ним к краю и посмотрела вниз. Поток выглядел, как котел кипящей смолы. Первоначальный рев уменьшился, снизившись до равномерного гула усмиряющейся стихии.

– Нам повезло. – Она вымолвила это, и ноги ее от облегчения подкосились.

– В эту пещеру легче попасть, но я не был уверен, что она расположена достаточно высоко.

– Тогда, значит, остальные спасены, если они будут оставаться на местах?

– Да. Они ведь еще футов на десять выше.

– А они услышат нас, если я буду кричать?

– Сомневаюсь. Они как раз за поворотом. Здесь только ты и я.

– Пока не спадет вода.

Потрясение от пережитого сказалось на ней. Слава Богу, что другие в безопасности.

– А что с остальными, кто остался на Ручьях Койота? Их захватило наводнение?

– Нет. Все, что они получат – это грязь в реке. Уровень реки повысится.

– Но не настолько, чтобы затопить лагерь?

– Мы находимся в узком боковом русле, поэтому кажется, что воды много. Но к тому времени, когда вода достигнет Ручьев Койота и главного каньона, ее будет гораздо меньше: часть ее уйдет в почву, да и русло там шире.

Они спасутся. Это единственное что имело значение. Глаза ее наполнились слезами. Она старалась не заплакать, но не сдержалась и всхлипнула.

Джесс обхватил ее за плечи.

– Ты все еще боишься? – спросил он, пододвигаясь ближе.

– Нет. Это просто нервы не выдержали. Сейчас я успокоюсь.

Осени очень хотелось протянуть руки и снова прижаться к нему. Но вместо этого она выскользнула из его рук.

В течение нескольких минут Джесс сидел не шелохнувшись, и ей очень хотелось знать, о чем же он думает. Ее очень удивило, когда он поднял тяжелый тюк.

– Я собираюсь оставить его здесь. – Он стоял позади нее на краю уступа.

– Трудно поверить, что ты сумел дотащить это сюда.

– По правде говоря, у меня просто не было времени размышлять, и я действовал механически.

Так же все это время вела себя и Осень. Она была рада, что оказалась здесь с ним.

Вода отступила из пещеры, оставляя мокрый пол. Осень прислонилась спиной к стене.

– Если вода не поднимется снова, к утру мы высохнем, – предположила она.

Ее рубашка уже не липла к телу. В свете луны она видела, что и на Джессе рубашка висит свободно, оставляя вздымавшуюся от глубокого дыхания грудь открытой. Она едва заметила, что он подошел и склонился над ней.