И еще тут была вода. Нет, не озеро, но большая чаша темной воды, с маленьким гейзером в середине — самый настоящий горячий источник.

Настоящее чудо.

Вот почему лорд Виктор Арден не признавался в своих научных занятиях. Если бы королевские ищейки или святоши проникли в его лабораторию... Если бы они нашли ход в пещеру... Они убили бы это чудо.

Спасибо тебе, Виктор Арден, подумал сэр Конрад. Ты был, наверно, злым человеком. Надменным. Не любил людей. Но ты спас это чудо и оставил мне славное наследство.

Я умею быть благодарным, и твой сын будет жить у меня в мире и безопасности. Это моя дань твоему мужеству.

— Пойдем отсюда, сынок. Поднимемся, я выберу реактивы, а ты сам займешься уничтожением тех плошек и кувшинов. Никого больше — слышишь? — ни единого человека сюда не пускать. Мою спальню... я займу эту спальню, пусть все знают, что она моя, — охранять днем и ночью. Замок запереть.

— Я все понял, милорд, — поклонился рыцарь Мак-Аллистер.

Оказавшись наверху, граф Арден задумчиво оглядел застеленное серыми тряпками ложе. Это уже не подходит, подумал он. Надо ли вообще маскировать люк? Не лучше ли будет оставить его открытым, сделать внизу дверь и не нагнетать чужого любопытства излишней таинственностью. Но если не откладывать до следующей весны, а сделать все прямо сейчас? Есть плотник, кузнецы есть, помощники тоже найдутся... И есть опытные каменотесы.

— Вот что, Торин. Сегодня, как только стемнеет, прикажи подвести к входу обе телеги. Те, сам знаешь. И пусть перенесут груз в нижнюю часть подвала. Все сундуки.

— Прямо так и сложить? На виду? — усомнился рыцарь.

— Ну, если там найдется подходящая ниша... Сам посмотришь. А вообще-то нишу придется выдолбить так или иначе... Потом, как я уже говорил, поставить тут постоянного часового. Служба не трудная, сиди себе в комнате и отдыхай! Будешь почаще оставлять это пост за собой, а? — пошутил Конрад и вышел в коридор.

— Запри дверь, и пошли отдохнем.

— Я не устал.

— Еще бы, в твои-то годы. Чем думаешь заняться?

— Милорд, хотелось бы осмотреть окрестности. Да и в деревне побывать, посмотреть, что там...

— И себя показать, — согласился сэр Конрад. — Ты прав. Люди должны увидеть новых хозяев земли. Надо произвести впечатление. Ты возьми несколько ребят — и чтобы в полном вооружении. Пусть они видят могучих рыцарей, а не простых солдат.

— И вот что еще. Там есть корчма.

— Точно, зять Баррета там хозяин, — вставил Торин с готовностью.

Вот именно. Зайдите в корчму, потратьте там пару золотых и заодно послушайте, что там говорят... Платите щедро, даже если вино того не стоит. Пусть видят золото. А если вдруг случится какая потасовка — пьяные там или что — вмешаться, пресечь железной рукой всякое непотребство!

— Тоже для впечатления?

— Вот именно. Мы здесь — самая верховная власть!

Выйдя в зал, граф неожиданно втретил своего сына. Тот скучал и тут же пожелал отправиться вместе с Мак-Аллистером. Отец разрешил, при условии, что мальчик не отойдет от рыцарей ни на шаг.

Рядом с Родериком должен был, по идее, быть и молодой Роланд, но его почему-то не было. Зато встретился вездесущий Тэм Личи с грудой постельного белья, а с ним — донна Эвлалия. Они направлялись наверх, на второй этаж правого крыла.

— Милорд, — поклонился Тэм, ухитрившись не уронить ничего, — покои для молодых господ готовы.

— Молодых господ? — не понял граф, но тут же сообразил. Одну ночь Роланд еще мог провести на женской половине вместе с его сыном, но никак не больше. Да и Родерику пора перебираться в мужское крыло.

— Наверху есть две спальни, — сообщил Тэм, — а также еще большой покой, что годится быть комнатой для занятий. С разрешения милорда, я перенесу туда книги из багажа.

— Правильно, — Конрад кивнул, и слуга со своим скарбом скрылся в правом крыле. Эвлалия же, наоборот, притормозила и выжидательно посмотрела на лорда. У нее в руках тоже были какие-то ткани.

— Ваша милость устали? — заботливо осведомилась она.

Граф Арден передернул плечами. В самом деле, после хлопотной ночи, да еще лазания по подземельям, мускулы его ныли. Не тот уже, что был двадцать лет назад! Постарел, отяжелел. Борода седая... Перед юной Лалли и то совестно. А она смотрит, как будто ему все еще тридцать лет!

Он признался, что в самом деле устал, натрудил старые кости. Радостно и с готовностью Лалли предложила размять их. В первой же небольшой комнатке наверху, служившей, наверное, запасной спальней, Эвлалия без всякого стеснения раздела своего лорда и принялась делать массаж.

Эта девушка была чудом. Она никогда ему не навязывалась. Но если только у него случалась нужда — кости там размять или просто мимолетно потешиться, она всегда была наготове. Как государь, хозяин гарема, сэр Конрад даже не считал это чем-то необычайным. Но теперь, будучи всего лишь графом и господином не более чем двух тысяч душ, мог оценить верность Эвлалии по достоинству.