Бой кончился очень быстро. Когда лорд Арден достиг околицы, оставалось только догнать и сбросить с седел нескольких убегавших бандитов. Судя по количеству трупов и раненых, отряд был не маленький: дюжины две. Они успели, как видно, сжечь только один дом, который и сейчас продолжал тлеть, испуская едкие клубы дыма.

Оглядев поле боя, сэр Конрад подозвал Гарета к себе.

— Что произошло?

— Мы увидели огонь, — тяжело дыша, начал тот, — Я приказал зажечь сигнал и идти на помощь.

— Вчетвером? — вмешался подошедший Торин грозным голосом. Его оруженосцу уже поручали командовать, но безрассудным поступком он мог обречь на смерть своих трех друзей.

— Нас было почти два десятка! — возразил молодой командир гордо и указал в сторону группы пеших, сгрудившихся неподалеку. У каждого из них в руках был молот, а на груди — сиреневое пятно. Как раз вчера в каменоломню прислали смену одежды.

Роланд не мог оторвать глаз от этих людей. Вот, значит, как! Есть и у раба честь, оказывается. А он жил с этими людьми целый год и думал, что они — сброд, мразь, животные... Рядом, на истоптанной земле, он заметил три неподвижных тела с такими же лоскутами на рубахах.

— Все равно это было самонадеянно, — покачал головой Торин. — Не мог подождать, пока придет помощь?

— Но они напали на деревню! — стоял на своем Гарет. — А оружия тут теперь нет, с палками от конных не отобьешься. За полчаса, да когда люди спят, они могли сотню порубить и все избы поджечь! А так мы сразу поспели, да еще староста с сыновьями и еще люди...

Мак-Аллистер нашел бы еще в чем упрекнуть своего оруженосца, но лорд Арден перебил его. Он сошел со своего Ворона, обнажил меч и приказал Гарету:

— Преклони колено.

Все замолчали. Готовый продолжать спор, тот замер с открытым ртом. Медленно опустился, где стоял. Сэр Конрад подошел вплотную и произнес громко:

— Гарет Стронг, мой верный вассал! Властью своей и по праву твоего сюзерена, за доблесть в бою и защиту моих подданных, я, лорд Конрад Арден, возвожу тебя в рыцарское достоинство. Стерпи этот удар и больше ни одного!

Сверкающий клинок коснулся его плеча. Гарет Стронг, сын моряка, которого его бывший господин сделал пиратом, поднялся на ноги уже в звании рыцаря. Восторженным криком приветствовали его товарищи, размахивая острыми мечами. Даже подневольные каменотесы подняли свои молоты, потому что это и их храбрость так высоко оценил лорд.

А вокруг собралась толпа крестьян. Они тоже радовались чудесному спасению и благословляли доблестных воинов, хотя держались в тени. Только одна женщина плакала, уткнувшись лицом в куртку старосты Дейни, что стоял на краю освещенного круга и выглядел нерадостно. Его сын Том, тоже побывавший в бою, обходил с факелом поле боя и приглядывался к лицам погибших.

Сэр Конрад обратил внимание на невеселую сцену.

— Мастер Каспарус, и вы здесь?

— Мое почтение Вашей Светлости, — формально приветствовал его староста, прижимая заплаканную женщину.

— Из сельчан кто-нибудь погиб?

Каспарус Дейни молча стиснул зубы. Но граф Арден ждал ответа, и бывший латник неохотно выдавил из себя:

— Это дом Линды Керри. Был, — кивнул он на тлеющие головешки. — Ее не было дома. А дите... — он безнадежно махнул рукой. 

— А где Зак? — поинтересовался подошедший Роланд. Отсутствие воинственного приятеля на поле битвы, в которой даже его смирный брат принял участие, было странным.

— Не знаю, — хмуро проворчал староста. — Он первым прибежал. Еще кричал, что зря у него меч отобрали...

В эту минуту послышался голос Тома:

— Отец! Идите сюда, скорее!

Каспарус Дейни сорвался с места, даже не взглянув на стоявшего рядом лорда. Линда Керри, охнув, кинулась следом. За ней поспешили и граф с Роландом и Торином.

Факел Тома освещал неподвижное тело. Яркo-рыжая шевелюра бросалась в глаза, и ее покрывали черные пятна сажи. Куртка его выглядела так, будто ее пытались сжечь на костре. От штанов остались одни клочья. Сапоги дымились... Зак лежал ничком посреди лужи, но его выставленная спина странно вздрагивала, и откуда-то очень близко слышалось сдавленное поскуливание.

Внезапно рука трупа дрогнула и поднялась. Из-под нее вылез... Нет, не щенок. Упирая в грязь крошечные руки, из-под тела Зака Дейни с неимоверным усилием выползал человеческий детеныш.

—Джи-и-им!!! — завизжала зареванная Линда Керри. Она подхватила чудом спасенного сына, изо всех сил притиснула его к груди и опять крикнула: — Джимми!.. — не в силах выговорить никаких других слов.

— Зак... — севшим голосом прошептал старый солдат. — Господи боже, Зак! Вот и не пришлось тебе пойти в латники...