— А… уже проснулся, — раздался мужской голос за спиной.

Фраза прозвучала на столько неожиданно, что Лернор даже испугался. Страх тут же придал его усилиям такой дополнительный импульс, что резко встрепенувшись он чуть не упал со своего лежбища.

В поисках обладателя голоса, Лернор ошарашено осмотрелся по сторонам.

Температура в камере изолятора поддерживалась крайне низкая. Разделительная решетка состояла из длинных стальных прутьев, и в целом сильно напоминало клетку для животного, нежели морозильную камеру. Чуть поодаль, в небольшой, но просторной комнатке, сидел закутанный в шинель мужчина лет сорока. Красный нос и широченные белые усы, делали стража похожим на старика-волшебника, грузно нависшего над письменным столом. Но даже если этот тип и был волшебником, то определенно злым.

Охранник что-то быстро писал под светом низко наклоненной к столу настольной лампы — единственного источника света, разгоняющего тьму помещения. В ногах у надзирателя, тихо гудя огромными лопастями, надрывался старенький электрический обогреватель. Все усилия агрегата, нагреть комнату оставались тщетными.

— Где я? — протер глаза Лернор, все еще безуспешно пытаясь вернуть зрению былой фокус.

Переносица на счастье оказалась в порядке, но на пару с вывихнутой челюстью, страшно болела. Последняя в довесок ко всему противно щелкала при каждом открывании рта.

— Где, где? — удивился усач. — В местном обезьяннике. Хе-хе…

— Почему именно здесь?

— А ты что в пятизвездочный отель собирался? — ухмыльнулся страж, оторвавшись от своей писанины.

Так и не дождавшись ответа от закоченевшего и заторможенного заключенного, он вновь вернулся к царапанью шариковой ручкой по бумаге.

Только сейчас во всех подробностях, Лернор стал вспоминать, что с ним произошло. Недавние события, будто операционная система заново перегружались в его сознании, и как любая программа моментами подвисали.

«Дааа… Действительно чудо, что вообще жив остался. Жаль только Джулиана волноваться будет. Да и не напрасно… лишь бы глупостей не делала…»

— А за что меня сюда? И на сколько? — задал он вопрос охраннику.

— Как за что? За корпоративный шпионаж, — вновь усмехнулся страж. — А на сколько? Это уже начальству решать. Парень, ты меня удивляешь… и раздражаешь. Такое впечатление, что ты сам не в курсе, чем занимался и как здесь очутился. Скажи еще, что память потерял. Обещаю. Буду долго смеяться.

— Нет, не в курсе. Да и с памятью у меня все в порядке, — мрачно буркнул Лернор из темноты холодной камеры. — Я вообще-то местный. Так что, на другие корпорации не работаю. Вы не того и не там взяли.

— Ну, не знаю. Не знаю. Начальству виднее. Кто ты и откуда лично меня откровенно совсем не волнует, — безразлично отметил усач. — Установлением твоей личности сейчас как раз занимаются. Если действительно местный, то тебе повело… Но если врешь, то только расстрелом отделаешься…

— А что здесь холодно-то так? — услышав жутковатый вариант возможного развития событий, Лернор сразу решил перевести разговор с мрачной темы, на более нейтральную.

Он и сам-то точно не знал, сохранились ли его личные данные в информационной базе города. Поэтому вероятность того, что его там не найдут, была достаточно велика и ужасна.

— Сейчас везде холодно. Очередная причуда стихии. В обед мороз ударил сильный, да и снег как пошел, так и валит уже пол дня… У меня тут еще тепло…

«У тебя может и тепло, а мне тут совсем наоборот», — подумал Лернор, переводя полный зависти взгляд с обогревателя на тонкую материю своей многострадальной рубашки.

С этим холодом надо было что-то делать. И немедленно.

Он встал, и быстро сделал десять приседаний. Застывающая кровь побежала по жилам быстрее. Довольный ощущением движения в организме, парень в довесок обежал свою небольшую камеру. Затем резко упал на ладони и стал отжиматься, выжимая из себя последние силы.

— Эй, ты там! Шустрик! Потише! — забеспокоился охранник. Он со скрипом заерзал на своем стуле, беря с соседней скамейки автомат и грозно передергивая затвор. — Будешь буянить, мигом успокою!

— Да ладно, дядя. Мне просто холодно. Сейчас, еще отожмусь раз двадцать, и успокоюсь. Если смогу … конечно… Уф!

За дверью в противоположной части комнаты послышалась шаги. Лернор мигом прервал свое занятие и застыл на полу, прислушиваясь. Звук шагов в их сторону усилился. Парень тут же вскочил и насторожился. Прильнув к решетке, он с волнением схватился за холодные прутья.

— Тьфу, блин!

Лернор отдернул ладони от ледяной и колючей стали.

Надзиратель, косо и недружелюбно посмотрел на своего подопечного и, отложив автомат, без всякого желания встал со своего нагретого места. Хромая ножным протезом он подошел к двери. Выглянул в коридор, но тут же сразу неуклюже сделал шаг назад.