— Так что же ты такое узнал? — заинтересовался друг, стараясь как можно удобнее устроиться на своем плоском и холодном месте.

— Может тебе уже известно, как Московским ученым таки удалось полноценно клонировать человека?

— Нет, я не в курсе, Подробности, как понимаю, ты мне и собираешься сейчас рассказать?

— В принципе, я о другом хотел с тобой поговорить… — вдоволь накупавшись, Лернор стал не спеша вылезать на сушу, оглядываясь в поисках куда-то спрятанных Джулианой полотенец, — …Но раз уж ты спросил, думаю, не стоит от тебя скрывать эту довольно увлекательную историю.

— Сказочник, блин. Ты дольше запрягаешь, чем рассказываешь.

Так и не найдя чем утереться, Лернор мокрым сел на диван, образовывая под собой небольшую лужицу. Поднимать сброшенную одежду было лень, поэтому он стал пытаться поддеть ее ногой, не двигаясь с места.

— Пытаясь клонировать человека, экспериментаторы всего мира сталкиваются с одной непреодолимой проблемой — все создаваемые клоны могли лишь существовать в состоянии клинической смерти, то есть после создания пребывали в коме, — начал он свой рассказ, стараясь вспомнить все детали своего электронного путешествия по отчетам, вытащенным из базы данных Московских спецслужб.

— Что-то подсказывает мне, что виновата тут душа, — серьезно посмотрел на своего товарища Куллер, словно не замечая, как тот продолжает забавно шаркать босыми ногами по полу, будто мокрая лягушка.

— Естественно нам догадаться не трудно, но только представь насколько тяжело тоже самое понять с позиции закоренелого материалиста ученого. Таким людям необходимо вынуть и положить на стол все доказательства, чтобы он хоть каплю поверил. Как в таком случае препарировать душу? А никак…. — Лернор соскользнул с дивана и неожиданно для себя очутился на полу в самой нелицеприятной позе. — Блин…

— Ты что не можешь, нормально встать и одеться по-человечески? — засмеялся Куллер.

Парень улыбнулся в ответ на целесообразное замечание. Теперь он окончательно понял, что ноги его предназначены лишь для ходьбы.

Лернор встал и стал одеваться. Вода все еще стекала с его волос. Небольшими струйками она устремлялась через все тело, после чего редкими, но тяжелыми каплями звонкими шлепками падала на пол.

Влажность совсем не волновала Лернора, решившего высохнуть прямо в одежде. А по возможности, если и та промокнет, то вместе с ней.

— Те клоны так никогда и не стали людьми. Они являлись ничем иным, как обыкновенной телесной оболочкой. Своеобразным транспортом, носителем, для своего хозяина — души, — продолжил Лернор, стараясь расправить прилипшую к спине гимнастерку.

Пропитавший ее запах пота по-прежнему бил в нос, давая понять, что без смены белья либо обыкновенной стирки, не поможет ни одно купание. Становилось понятным, почему Джулиана, так навязчиво предлагала ему посетить душевые.

— Интересное ощущение ты сейчас вызвал во мне своими описаниями, — задумался Куллер. — Такое впечатление, что мое тело не больше чем простой био-костюм.

— А так оно и есть, в принципе, — подтвердил его друг. — Сидит в тебе невидимый такой человечек — ты сам, и дергает за рычажки, двигая свою машину вперед-назад.

— Угу. Вот и у тех клонированных тел не было их водителей. Душа не могла быть выращена в инкубаторе, как физические копии своих доноров.

Лернор настолько углубился в описание, что даже мысленно попытался представить в себе то место, где могла бы разместиться его душа.

— Все это напоминало зарвавшемуся человечеству о том, что не все еще оказывается в его руках, и на свете, а точнее в нем самом существует что-то необъяснимое и не понятное, которое не только нельзя пощупать руками, но и увидеть.

— Конечно, это всего лишь мои философские зарисовки. Ученым такие мысли в тот период исследований даже не приходили.

Лернор прошел к столу и сел на один из стульев, рядом с разыгранной партией в шахматы.

Куллер, тут же оживился и приблизился следом.

— Сыграем? — повторно предложил он.

— Ладно. Почему бы и нет, — более не возражал Лернор. — Жаль, у Джулианы здесь окна нет.

— Какого окна? — удивился партнер. — Да еще на расстоянии километра под поверхностью.

— Да так. Безделушка. Но красивая. Проецирует пейзажи, получаемые из сети.

— Ах, это, — догадался Куллер. — Не знаю. Они меня не очень впечатляют. Сбивают с восприятия течения времени.

— А то, что мы тут как кроты сидим, без понятия день на верху или ночь, тебя не смущает?

— Ни капельки, — улыбнулся Куллер, заново расставляя фигуры. — Для меня главное, чтобы выпивки и закуски хватало, а так я совершенно неромантичная натура. Ты не о пейзажах думай, а рассказывай, чем вся твоя история закончилась.

Решив играть черными, Лернор подпер голову рукой и скучно уставился на доску.