— А знаешь, — продолжил Муртаг, — мне это тюремное заключение кажется удивительно полезным. И даже приятным. Впервые в жизни мне ничего не надо опасаться. Да, я отлично понимаю, что должен… Ну и что? Все в этой комнате веет миром и покоем, которых я давно не помню. И здесь я наконец могу спать по ночам!

— Я тебя отлично понимаю. — Эрагон устроился поудобнее и спросил: — Знаю, что Насуада заходила к тебе, она сообщила что-нибудь интересное?

Муртаг, мечтательно глядя вдаль, покачал головой:

— Нет. Она просто хотела повидаться со мной. Она — красавица, Эрагон! И настоящая принцесса! А как держится! Стоило ей сюда войти, и я сразу понял: это одна из самых знатных здешних дам. Я таких видел только при дворе Гальбаторикса — впрочем, не таких! Все эти графини и герцогини в сравнении с нею простые скотницы!

Эрагону от этих хвалебных речей стало не по себе, его вдруг охватили дурные предчувствия. Ничего страшного, уговаривал он себя, не стоит торопиться с выводами. Она просто ему нравится, и все, однако ощущение близкой беды не покидало его, и он, пытаясь от него отделаться, спросил:

— И долго ты ещё намерен тут прятаться? Муртаг беспечно пожал плечами и спокойно ответил:

— Пока я довольствуюсь тем, что могу как следует отдохнуть. У меня нет причин искать себе другое убежище или соглашаться на проверку у Двойников. Не сомневаюсь, что когда-нибудь мне это надоест, но сейчас… Сейчас я всем доволен!

Сапфира разбудила Эрагона, ткнув его носом в плечо и слегка оцарапав жёсткой чешуёй. — Ох! — невольно вскрикнул он и сел на постели. В пещере было темно, лишь от затенённой лампы исходил неяркий свет. Зато снаружи сотнями цветов сиял Исидар Митрим.

У входа в пещеру, заламывая руки, топтался какой-то гном. Он явно был чем-то встревожен.

— Тебе срочно надо идти, Аргетлам! Большая беда! Аджихад зовёт тебя! У нас нет времени!

— Что случилось? — спросил Эрагон.

Но гном только помотал головой, борода его тряслась:

— Скорей! Большая опасность — каркна брагха! Поспеши!

Эрагон пристегнул к поясу Заррок, схватил лук и колчан и принялся седлать Сапфиру.

«Поспать спокойно не дают!» — ворчала она, присев, чтобы он смог на неё взобраться, и вылетела из пещеры.

У ворот Тронжхайма их уже ждал чрезвычайно мрачный Орик.

— Скорее, тебя все ждут! — И они поспешили уже знакомым путём в рабочий кабинет Аджихада.

По пути Эрагон засыпал гнома вопросами, но Орик отмалчивался и сказал лишь:

— Я и сам толком ничего не знаю. Подожди, Аджихад все тебе расскажет.

Дверь кабинета распахнули двое дородных стражей. Аджихад склонился над картой, расстеленной на столе. В кабинете находились Арья и незнакомый Эрагону воин с обнажёнными волосатыми ручищами. Аджихад поднял глаза на Эрагона:

— Хорошо, что ты пришёл! Знакомься, это Джормундур, мой заместитель. — Когда они обменялись приветствиями, Аджихад продолжил: — Я велел разбудить вас пятерых, потому что нам грозит страшная опасность. Примерно полчаса назад из заброшенного тоннеля под Тронжхаймом сумел выбраться раненый гном. Он был весь в крови и говорил с трудом, но все же сообщил, что его по пятам преследовала целая армия ургалов. Сейчас они примерно в одном дне пути отсюда.

В кабинете воцарилось молчание. Первым пришёл в себя Джормундур. Он витиевато выругался и стал задавать вопросы. Орик не отставал от него, и только Арья хранила молчание. Аджихад жестом велел им умолкнуть:

— Тихо! — сказал он. — Это ещё не все! Ургалы идут на нас под землёй! Они уже в тоннелях… и готовятся к нападению!

Эрагон крикнул, перекрывая поднявшийся шум:

— А почему же гномы не заметили этого раньше? И как ургалам удалось проникнуть в тоннели?

— Нам ещё здорово повезло, — ворчливо ответил ему Орик. — Мы достаточно рано узнали об их приближении! — Воцарилась тишина, все уставились на гнома. — Под Беорскими горами сотни тоннелей, хотя там никто не живёт, с тех пор как их прорубили. Там бывают разве что чудаки-нелюдимы. Если бы не тот бедолага, мы бы вообще никакого предупреждения не получили!

Аджихад ткнул пальцем в карту, и Эрагон подошёл к столу, чтобы посмотреть, куда он показывает. На карте была изображена южная часть Алагейзии, и, в отличие от карты Эрагона, здесь был в подробностях показан весь массив Беорских гор. Палец Аджихада упирался в тот его участок, что примыкает к восточным границам Сурды.

— Вот отсюда пришёл раненый гном, — сообщил он.

— Из Ортхиада! — воскликнул Орик. И пояснил в ответ на удивлённый взгляд Джормундура: — Это одно из самых древних поселений, гномы покинули его, когда завершилось строительство Тронжхайма. А когда-то Ортхиад был самым крупным из наших городов. Но там уже несколько столетий никто не живёт.