Бритый Баран оглядывался вокруг, нюхая воздух:

— А я думал, что тут посильнее будет… как бы это сказать… ну как бывает в селении, в котором долго жили. А давно вы уже здесь?

Она ухмыльнулась в ответ. Маленький Танцор, позевывая, откинул занавес у входа в пещеру. Как это ему удавалось спать, несмотря на вопли младенца?

— У нас ведь тут детей предостаточно. Надо же им заняться чем-нибудь — вот они и собирают весь мусор и выкидывают вниз, а потом его смывает дождем.

— Оленьи ноги? — спросил Маленький Танцор, окончательно просыпаясь; он кивнул Бритому Барану: — Кровавому Медведю снова нужны воины?

— Низкие Люди Бизона уже выслали разведчиков по тропам. Их гораздо больше, чем раньше. Кое-кого мы изловили, но другие зато пробрались к нам в тыл. Они постепенно набираются опыта. Убили у нас трех женщин и пару детей. Ломает-Рог и еще несколько воинов поймали их на крутом склоне и стали скатывать на них камни. Тех, кто выжил, проткнули дротиками. Их тела еще долго висели на ветках деревьев рядом со старой тропой вдоль Чистой Реки.

Маленький Танцор кивнул, слегка нахмурившись, отчего шрам на щеке проступил заметнее.

— Садись. Снаружи сейчас лучше, чем в пещере. Хочешь пить?

— Немного воды было бы в самый раз. Немало от последнего родника пройти пришлось.

— Это у Скалы Чудовищ?

— Там, где чудовище на скале выбито?

Маленький Танцор кивнул и достал бурдюк из бизоньей кишки, висевший на занавесе у входа в пещеру.

— Когда-то там были изображены охотники, которые мечут дротики в чудовище. Но рассмотреть их теперь можно, только когда свет падает определенным образом. Видишь, даже скалы не вечны.

Бритый Баран с жадностью глотал воду.

— Как поживает Белая Телка?

— Вот она, кажется, бессмертна. — Бритый Баран обтер губы и вернул бурдюк. — Похоже, она совершенно не изменилась с тех пор, как ты у нее был прошлой зимой. Чем она худее, чем слабее, тем острее ее ум. Кровавый Медведь пришел к ней с военным отрядом, и она его изводила до того, что он не выдержал и ушел, бормоча, что надо было ему давным-давно ее прикончить. Она непрерывно над ним насмехалась. Красной Руке это страсть как по вкусу пришлось — мы просто дождаться не могли, когда придем домой и сможем пересказать родным ее шуточки.

— Не доверяю я Кровавому Медведю, когда речь идет о Белой Телке. Вряд ли она переселится, несмотря на то что вокруг кишат эти воины из Низкого Племени Бизона…

— Нет, наверное. Она говорит, что ее они не тронут. Что если они только попробуют к ней приблизиться, она им покажет, что значит настоящее Проклятие.

— Всем было бы лучше, если бы Низкие Люди Бизона успокоились и вернулись на свои равнины.

— Наверное. — Бритый Баран уселся поудобнее.

Волшебная Лосиха вошла в пещеру. Вынув младенца из колыбели, она скинула одежду с одного плеча и снова вышла наружу. Младенец жадно сосал ее правую грудь. Она присела, испустив вздох облегчения: спина отдыхала, да и боль в измученных ногах почти прошла.

— Нам нужно вернуться за оставшимися кореньями и за передней частью оленихи. Я закрыла голову ветками, так что можно надеяться, что вороны не выклюют глаза: ведь твой отец больше всего их любит.

Маленький Танцор счастливо улыбнулся ей:

— Удачно поохотилась?

— Один лишь раз дротик метнула, — засияла она. — А потом сразу же Спела ее душу на покой.

— Ну что ж, давай пока что устроим Бритого Барана поудобнее. А потом, если ты покажешь мне дорогу, я принесу оставшийся груз.

— А за ней сможет присмотреть Тетерка. — Она кивнула на младенца. — А пока меня не было, твою старшую дочь не медведь часом съел?

— Она у Черного Ворона мучает Девочку Колыбели. Это, наверное, в ней характер матери проявляется.

Лосиха схватила палку-копалку и принялась тыкать Маленького Танцора в бок, пока тот не сдался и не уполз на четвереньках.

Бритый Баран хохотал от души:

— Приятно посмотреть, как люди веселятся. — Он вздохнул и притянул колени к подбородку. — В Племени Красной Руки мы так все время напряжены, что уж и забыли, как смеются.

— Здесь, на западном склоне, до нас не много новостей доходит. Что, положение в самом деле серьезное?

Бритый Баран опустил глаза:

— Я тебе говорил про женщин, которых враги убили… одну из них звали Мокрый Дождь.

Желудок Волшебной Лосихи свело, как будто она падала в пропасть.

— И что же ты ему скажешь? — настойчиво спросила Волшебная Лосиха.

Маленький Танцор сжал губы и быстро взглянул на небо, стараясь прикинуть, сколько времени остается до наступления темноты.