— Ну конечно! Он ведь даже не моего клана! Нам ничто не препятствует, Маленький Танцор! Я из-за этого много дней беспокоилась, но нам ничто не препятствует!

— Значит, ты мне позволишь?..

— Мое племя считает, что юноша становится мужчиной, когда впервые убьет большого зверя. Ты убил бизона.

Он кивнул, стараясь сдержать сильно забившееся сердце.

— Белая Телка не хотела, чтобы мы были вместе. Она опасалась, что я уменьшу твою Силу.

— Я знаю.

— Ты поэтому и хочешь совокупиться со мной?

— Немножко и поэтому. Но я все равно видел тебя в Видении, ночью — тебя и меня…

— И мы совокуплялись?

Маленький Танцор смог только кивнуть в ответ.

— И твое семя вошло в меня?

Он снова кивнул. Она удовлетворенно улыбнулась:

— У наших родственников, Племени Белого Журавля, есть поверье, что такое Видение связывает души. И если эти люди потом не совокупляются наяву, их души болеют от неудовлетворенного желания и они могут даже умереть.

— Каждый раз, когда я тебя вижу, у меня на сердце делается так тепло!

Она хихикнула и, встав, потянула его за руку:

— Пошли. Давай заберемся в рощу. Мне кажется, я во всех смыслах готова стать женщиной. И я вовсе не хочу, чтобы твоя душа болела.

Все время, пока они спускались со скалы, она не выпускала его руку из своей…

Танагер с радостью поняла, что не ошиблась. Она вышла на тропу и преградила дорогу Ломает-Рог:

— Вон ты сколько тащишь! На охоту собрался?

Он вздрогнул от неожиданности и раздраженно взмахнул руками:

— Знаешь, в один прекрасный день ты кого-нибудь вот этак по-настоящему напугаешь, и он в тебя с перепугу дротик запустит.

— Хочешь спорить? — Она скрестила руки на груди и улыбнулась. — Ты в меня дротиком не попадешь, даже если очень захочешь. Я, может, и послабей тебя буду, но уж точно проворнее.

Он покачал головой и скривил губы:

— Может, и так. Ну ладно, мне на охоту пора.

Заметив выражение мрачной решимости на его лице, она прищурилась и внимательно посмотрела на него.

— А теперь пусти меня. Не твое дело, куда я иду.

Она кивнула. Непонятная тревога овладевала ею все сильнее.

— Ты небось за Лосихой отправился, а?

— Может, и так.

— Какой-то ты неразговорчивый стал… На тебя это похоже. Ты что-то задумал.

— И что с того?

— Ты в нее влюбился?

Он притопнул ногой:

— И что с того?

Танагер продолжала пристально вглядываться ему в глаза:

— С тех пор как ты вернулся, ты все время злой и мрачный. Вы оба такие стали — ты и Кровавый Медведь.

— Он тут ни при чем.

— Просто ты мне его напоминаешь. Ты таким же хочешь стать? Таким, как он?

Терпение юноши лопнуло:

— Слушай! Ты все время суешь нос в мои дела. Я это терплю, потому что мы дружим. Но и только. Я собираюсь разлучить Волшебную Лосиху и этого мальчишку из Низкого Племени Бизона, вот что! Поняла? А теперь убирайся!

Дрожа от злости, он оттолкнул ее плечом и побежал по тропе.

Танагер задумчиво смотрела на его широкую спину. Мальчишка из Низкого Племени Бизона? Так это тот, что живет у колдуньи?

Танагер все смотрела вслед Ломает-Рог и теребила в задумчивости волосы. Наконец она решительно кивнула, Поняв, что ей делать. Она почувствовала, что юношу гнала вперед страшная злоба, опасная, смертоносная… Если Ломает-Рог доберется до своего соперника, он его убьет. Волшебная Лосиха овдовеет, не успев выйти замуж.

Два Дыма сидел в тени и наблюдал за происходящим. Друзья разложили под гибкой сосной все имевшиеся шкуры. Затем Голодный Бык, Три Пальца и Черный Ворон принялись колотить по веткам длинными шестами. С сосны на шкуры дождем посыпались иголки и семена.

— Ну что, все сбросили, как ты думаешь? — крикнул Голодный Бык своей новой жене.

— Пока хватит, — откликнулась Стучащие Копыта, ползая на четвереньках по шкурам и рассматривая урожай.

Сколько зим он не слышал такой бодрости в голосе Голодного Быка? Как давно не видел, чтобы эти печальные карие глаза светились весельем?