– Агрессивные?

Тобиас кивнул:

– О да! Даже больше, чем люди! Встречая на своем пути ребенка или взрослого, они пытаются его убить. Взрослые делают не совсем так, они более коварны: похищают детей и эти дети пропадают бесследно.

– Они нас похищают?

– Да, многих. Взрослые нападают стаей и стараются поймать как можно больше детей. Те, кого они схватили, никогда не возвращаются обратно, это все, что мы пока знаем.

– А часто это происходит? – спросил Мэтт.

– Все чаще. Здесь немного спокойнее… нет взрослых, и они пока не нападают на остров. Но в лесу полно опасных существ.

Мэтт вытаращил глаза. Теперь все вправду стало совсем иным. Наверное, если бы он не пережил Бурю и не спасся бегством из Нью-Йорка, он бы не поверил ни единому услышанному слову.

Не вдаваясь в детали, Тобиас рассказал другу о непонятных, внушающих ужас существах, блуждающих по ночам в лесу за рекой. Потом добавил, что во время Бури спаслось довольно много детей – маленьких и постарше. Согласно свидетельствам это были как совсем малыши, так, например, и семнадцатилетние, иногда даже восемнадцатилетние подростки. Выжившие стали собираться в отряды по всей стране. По десять, двадцать, пятьдесят человек. До Тобиаса дошел слух, что где-то есть деревня, в которой живет более сотни подростков!

– Что значит – слух? – спросил Мэтт. – Разве это возможно, если нет телефона, радио, никакой связи?!

– Возможно благодаря долгоходам, – пояснил Тобиас. – Все началось с одного парня с запада, из довольно большого поселка. Он захотел повидать других, узнать, есть ли еще выжившие, и принялся путешествовать по всему штату, от лагеря к лагерю. Он называл себя долгоход – вестник надежды! Его примеру последовал другой мальчик, который направился в противоположную сторону. Затем – еще десятки. Они бродят по всей стране, отыскивают поселения типа нашего и пересказывают нам все новости об уцелевших.

– Они… сумасшедшие… В пути ведь очень опасно!

Тобиас пожал плечами.

– Именно поэтому все придерживаются правила: встречать долгоходов гостеприимно. Их кормят и дают им ночлег в обмен на одну-единственную вещь: рассказы о том, что происходит в остальном мире. Судя по последним сведениям, там есть еще около сорока пэновских поселений.

– Пэновских? – переспросил Мэтт.

– А, да! Мы теперь так себя называем. Дети и подростки, живущие вместе, создают пэновские поселения. Сначала было непонятно, какое имя выбрать, слишком разного возраста тут дети. Но затем один из долгоходов принес нам новость, что на западе страны теперь используют это название – в честь Питера Пэна.

– Мальчика, не желавшего взрослеть, – добавил Мэтт.

– Точно. Взрослые стали злее, никто из них не собирается нам помогать, они лишь пытаются похищать нас и куда-то уводить с собой. Они холодные и жестокие. Мы называем их циниками. Ну вот, главное ты теперь знаешь…

– Почему эти подростки… Пэны не соберутся в каком-нибудь одном большом городе? Тогда они были бы силой.

– Сейчас все только начинается, ты же знаешь. Долгоходы появились всего два месяца назад. К тому же они постоянно пропадают, и многие не могут вернуться туда, откуда пришли. Это сложная миссия, сейчас все не так, как раньше. Многие долгоходы просто погибают по дороге. Опасность подстерегает повсюду. Думаю, сейчас каждая группа будет пытаться выжить, сражаться, добывать еду. Нужно отыскать безопасные места. Никто не хочет покидать свое пристанище. Вот, например, мы – зачем нам уходить с этого острова? Тут мы в безопасности, здесь удобно, есть запасы еды и даже есть куры, несущие яйца!

Мэтт переваривал информацию, рисуя в голове картину этого яростного и грустного мира. Циники… Жруны… Пэны. Что же все-таки произошло той знаменательной ночью, когда мир взорвала Буря, откуда взялись эти вспышки, которые поглощали людей? Куда они в конце концов делись?

Тобиас вдруг вскочил и сделал Мэтту знак следовать за ним. Они петляли по коридорам, лестницам и залам, забитым картинами, книгами и скульптурами, и наконец добрались до винтовой лестницы, ведущей в узкую башню. Мэтт стал ощущать усталость, ноги дрожали, голова кружилась.

Тобиас поднял люк, и друзья оказались в самой высокой точке дома. Отсюда весь остров был как на ладони.

У Мэтта перехватило дыхание. Остров длиной в два километра и шириной в один разрезал реку на две серые движущиеся ленты. Всю сушу покрывал плотный зеленый ковер, над которым возвышались семь зданий с башнями и куполами: казалось, будто в облаках торчат скалы. Мэтт обратил внимание на группу маленьких строений сбоку.

– А там что?

Ветер шевелил его длинные волосы. По противоположным берегам реки убегали к горизонту поросшие лесом холмы.

– Кладбище. Здесь три места, которых надо избегать, – ответил Тобиас, указывая поочередно на дом Минотавра с его гигантской башней, кладбище и южную часть острова, где соединялись речные рукава.

– Почему?

– Там опасно. Например, река полна странных существ, которые никогда не показываются целиком, но достаточно заметить только их черные тени, чтобы все понять. Нам приходится там рыбачить, чтобы сделать наш рацион более разнообразным, но рыбалка – это всегда риск! На прошлой неделе Стив, стоя с удочкой, увидел плавник размером с баскетбольную корзину. Да и кладбище, и этот замок… поверь, к ним лучше не приближаться.