Шрифт:
Ален снова подкинул нож в воздухе и потянул за собой девушку дальше по дороге.
– Я, например, в совершенстве владею нимадоргским, – внезапно закончил он. – И тебе советую выучиться.
Оставшись наедине с эльфом, Василиса улыбнулась ему самой обворожительной из своих улыбок и откинула густую челку со лба. Спрятанная в волосах диадема ярко блеснула в магическом свете шаров.
– Ты прекрасна, – выдохнул Арэн. – Словно звезда с неба.
В такт медленной и нежной мелодии в зале, очищенном от столов, кружились пары. Стрелок встал и поклонился Василисе, приглашая ее на танец. Поддавшись очарованию зеленых глаз, девушка очнулась, уже кружась в танце. Эльф оказался великолепным танцором, и девушка легко скользила рядом с ним. Невольно вспомнив свой танец с Аленом, она поняла, что тогда боялась и очень волновалась, а сейчас ей так легко и хорошо… Может, потому, что волшебника она тогда совсем не знала, да и теперь он был далек, даже когда находился рядом, а Арэн так близок…
Эльф отчаянно тонул в двух васильковых океанах, понимал, что тонет, но не мог противиться. Ни одна женщина еще не завораживала его настолько сильно. Как она легка, как изящна! И дело было не только в неземной красоте. Девушка была (ну просто неприлично для ее внешности!) умна. Волевая и такая хрупкая, жесткая и храбрая, когда требовалось, с чистой детской душой. В какой-то момент она просто перевернула представление эльфа о женщинах вообще.
Василиса, надев сегодня диадему, сделала выбор. Она любила Алена. Очень любила. Но при этом боялась. А то, что она увидела в лесу, когда они с эльфом его искали… Девушка едва заметно вздрогнула. Он не зря молчит, не отвечает на вопросы о себе, не зря так замкнут и далек от всех. Не зря.
Танец все длился. Волшебная мелодия никак не хотела умолкать… Они танцевали, и ничего вокруг не существовало. А поцелуй, от которого оба оказались где-то вне реальности, случился как-то сам собой…
Проводив Кари до двери и пожелав ей спокойной ночи, Ален побежал обратно. Минус двенадцать по Цельсию для него было слишком холодно. Он бежал прыжками, каждым покрывая примерно полтора-два метра. Мышцы, успев заледенеть от неторопливого шага, разогревались неохотно, Ален едва справлялся с онемением.
Он вошел, тихо скрипнув дверью. Первое, что бросилось замерзшему магу в глаза, – это Василиса и эльф. Его друг с такой нежностью глядел на девушку, что Ален отчетливо понял – за миг до того эльф поцеловал ее. Сердце два раза гулко бухнуло в груди, замерло, а потом размеренно забилось. «Я – Альтис, – строго напомнил себе маг. – Альтис, великий демон. Не человек».
Обняв Василису, стоящую спиной к Алену, Арэн внезапно увидел друга. Зеленые и синие глаза встретились. Беззвучный разговор не требовал никакой телепатической связи.
«Не дергайся, напугаешь девушку».
«Напугать такое чудо? Ни за что…»
«Решил увести у меня Василису, Светлячок?»
«Да, это так. Я виноват».
«Забудь. Если ты и она так решили, да будет так. Это даже лучше для всех».
«Я исчезну…»
«И бросишь на меня безутешное чудо? Забудь об этом, эльф!»
«Я не хотел, чтобы все так получилось».
«Все мы чего-то не хотим, а оно происходит. Только не заиграйся… бог. Все же Василиса – человек, существо недолговечное».
Арэн попытался утихомирить сорвавшееся в галоп сердце. Девушка резко обернулась, чтобы увидеть… как закрылась входная дверь.
– Это был Ален? – прямо спросила она.
Эльф не ответил.
Он вернулся через четверть часа, окончательно замерзнув и сделав вид, что ранее и не заходил. Он немного отогрелся и только собрался было уйти, как Росомаха и Лисенок начали упрашивать его сыграть на флейте. Росомаху Ален послал бы за Грань, не задумываясь, но Лисенку было трудно отказать. Как-никак любимый ученик…
Когда маг приложил свирель к губам, зал затих. Менестрели навострили ушки, забыв, как дышать. В этой завораживающей мелодии была не только флейта – там были и барабаны, и трубы, и скрипка… и даже слова. Ален не просто играл – он рисовал картину! Так мог играть только он один.
…В мире и тишине рассвета блистал прозрачным золотом необыкновенный городок на вершинах трех холмов. В середине городка взмывал в небо тонкими башенками с высокими шпилями, воздушными арками и мостиками янтарный дворец. Тревога разлилась в воздухе этим безоблачным утром. Не было слышно детского смеха, и не было на улицах ни веселых игр, ни праздных гуляк, ни спешащих по своим делам горожан.
Но все же сказочный городок вызывал восхищение. И когда прекрасную мелодию взорвал топот копыт несущихся лошадей и яростный клич захватчиков, дорогу им преградили воины в золотых доспехах, а с воинами – три демона.
Ален так передал этот эпизод, что у слушателей душа ушла в пятки, а сердце колотилось где-то в горле. Каждый из тех, кто слышал музыку, сам невольно становился участником давно минувшей битвы.
…Битва длилась до заката. Горстка воинов стеной стояла на блокпосте перевала против нескольких тысяч захватчиков. Раз за разом они атаковали, но были отброшены назад. К закату сила трех демонов возросла, и они повергли в бегство варварское войско. Седой король из рода Янтаря скакал во главе отряда, преследовавшего врагов, рядом легко бежали двое демонов и улюлюкали, как мальчишки.