— Мне кажется, моя спутница прежде всего мечтает смыть дорожную пыль, — заметил Уил.

— О, конечно! — воскликнул монах, коря себя за невнимательность. — Сейчас же прикажу согреть воду.

Он представил Илену молодому послушнику, который должен был проводить ее в отведенную комнату.

— Там вас никто не потревожит, — сказал старик. — Мы почистим ваше дорожное платье, и через пару часов вы сможете сесть с нами за стол.

Илена, не удержавшись, чмокнула старика в морщинистую щеку и сердечно его поблагодарила.

— Ступай к себе, — усмехнувшись, сказал ей Уил. — До скорой встречи, малышка.

— Спасибо вам за все, Ромен, — сказала Илена и крепко обняла его.

Уилу хотелось крепко прижать ее к груди и поцеловать в щеку, но он сдержал порыв нахлынувших чувств.

Когда Илена ушла вместе с Пилом и молодым послушником, Уил решил, что настало время поговорить с Якубом.

— Мне нужна твоя помощь, — сказал он.

— Я догадывался, что ты приехал сюда по какому-то делу. Пойдем со мной.

И старик провел его в небольшой уютный садик. Красивые ухоженные растения располагались здесь концентрическими кругами, а в центре находились солнечные часы. Уил и Якуб уселись на скамью, стоявшую под старым раскидистым лимонным деревом. Молчаливый послушник принес им кувшин вина и две глиняные кружки и тут же удалился, не произнеся ни слова.

— Наше вино урожая прошлого года превосходно, Ромен. Можешь убедиться в этом сам, — сказал Якуб, протягивая гостю полную кружку.

Некоторое время они молча смаковали восхитительное вино. Уил пытался собраться с мыслями, моля Шарра наставить его в трудную минуту. Он не знал, что связывало Ромена с этим человеком и как вести себя с ним. Память подсказывала лишь, что перед ним друг, которому можно доверять.

— Судя по всему, эта женщина перенесла много горя, — промолвил наконец Якуб.

Уил вздохнул.

— Ты прав, на ее долю выпали тяжелые испытания.

— И по чьей же вине?

— По вине нового короля. Он получал удовольствие, глумясь над ней.

— Ясно. А каким образом тебя втянули в эту историю?

— Долго рассказывать, Якуб. Скажу только, что если мы еще раз встретимся с королем, то нам не избежать смертельного поединка.

— А почему ты взял под опеку эту женщину, Ромен?

— Илена — сестра человека, которого я глубоко уважал. Перед смертью он попросил меня позаботиться о ней.

Якуб вдруг вспомнил имя своей гостьи.

— Эта женщина — сестра генерала Тирска? — догадался он.

Уил кивнул.

— Фергюс Тирск перевернулся бы в гробу, если бы узнал, что пришлось претерпеть его дочери от человека, занимающего трон Моргравии, — мрачно промолвил он.

— И это все, что ты можешь мне сказать?

Уил чувствовал, что старый монах заслуживает доверия.

— В одной из наших дорожных сумок лежит голова покойного мужа Илены, капитана Элида Донала, — негромко произнес он.

Глаза старика стали круглыми от ужаса и изумления.

— Сына герцога Фелроти?!

Уил снова кивнул.

— Я хочу, чтобы ты спрятал ее где-нибудь в монастыре, Якуб Я обязательно вернусь за ней. Но только не говори Илене, что останки ее мужа все еще здесь. Я обещал отвезти их на родину Донала. Однако сейчас не могу это сделать. Узнав о казни сына, герцог немедленно поднимет восстание и пойдет на Перлис со своими людьми. Это может привести к беде. Для решительных действий еще не настало время.

— Что происходит, Ромен? — прошептал Якуб бледными от волнения губами.

Уилу вдруг стало совестно. Он чувствовал себя виноватым в том, что нарушил безмятежный покой этого тихого мирного уголка королевства. Его приезд сюда мог навлечь беду на обитателей монастыря и стоить им жизни. Оставалось только надеяться, что он хорошо замел следы, и ищейки короля не доберутся сюда.

— В столице творятся бесчинства, Якуб, — ответил он на вопрос монаха, — убийства, обман, предательство. Скоро Селимус ввергнет Моргравию в пучину бед. Он стремится заполучить корону Бриавеля, пытаясь любыми способами склонить к браку королеву Валентину. Король коварен и жесток.

Уил внезапно замолчал, испугавшись, что наговорил много лишнего.

— А кем тебе приходится Илена? — неожиданно спросил Якуб.

Уил с недоумением посмотрел на него, но вскоре смысл вопроса дошел до его сознания.

— Мы друзья, и только. Я поклялся ее брату позаботиться о ней.

— Хочешь искупить свои грехи, Ромен?

— Нет! — резким тоном ответил Уил, удивляясь собственной горячности.

— Не кипятись. В том, что человек хочет искупить вину добрыми делами, нет ничего позорного. Да благословит тебя Шарр!