И он кивнул на пошатывающегося Элида.

— В таком случае, я подожду вас здесь, господин генерал, — промолвил Финч и уселся на траву рядом с большим черным псом Уила.

Уил и Элид последними вошли в шатер Вдовы Илик, в котором до них побывала ватага солдат. Подвыпившие молодые люди, вышедшие из шатра, похоже, были не слишком взволнованы тем, что услышали, и это не удивляло капитана Донала. Он знал, что солдаты не принимают слова гадалок всерьез.

— Все это сплошное надувательство, Уил, — с ухмылкой сказал он своему другу. — Но я рад, что ребята развлеклись.

— Входите, — раздался из глубины шатра женский голос. Откинув полог, приятели вошли в полутемное помещение.

— Добро пожаловать, — промолвила гадалка.

Уил взглянул на стоявшую перед ними старуху и застыл от изумления — глаза Вдовы Илик скрывали огромные бельма.

Больше ничего примечательного в ней не было. Невзрачное, обветренное и обожженное солнцем лицо Вдовы свидетельствовало о том, что ей приходилось много скитаться. Морщинистую кожу покрывал темный загар. Вдова не носила никаких украшений, ее простое серовато-коричневое платье было залатано в нескольких местах. Уил почему-то думал, что гадалка будет выглядеть совсем иначе, что такие женщины одеваются в яркие пестрые наряды и вешают на себя бусы, браслеты и крупные серьги.

Капитана Донала облик гадалки тоже удивил. Он даже немного протрезвел.

— Что за скучный наряд, Вдова! — с наигранным разочарованием воскликнул Элид. — Почему вы не встретили нас в каком-нибудь причудливом одеянии?

— Я устала от подобной одежды, — сказала гадалка. Ее закрытые бельмами глаза незряче смотрели на Уила. — Мне пришлось носить ее сегодня весь день. Наряд очень тяжелый и в нем жарко. — Она усмехнулась, обнажив почерневшие зубы. — Но люди любят красочные зрелища, и я иду им навстречу. Если хотите, могу переодеться в свое обычное платье, в котором принимаю клиентов.

— Не надо, не утруждайте себя, — сказал Элид. — Я привел друга, ему надо погадать.

Он вдруг покачнулся на нетвердых ногах и начал громко икать. Уил решил, что другу пора возвращаться домой. Но с кем его отправить?

— Вы путешествуете по миру одна? — спросил он гадалку.

Вдова Илик, прихрамывая, подошла к стулу, и ощупала его.

— Мне помогает племянница. Но сейчас она ушла по делам. А вы оба сегодня днем были здесь, неподалеку от моего шатра.

— Как вы об этом узнали? — невнятно пробормотал Элид. Язык у него заплетался все сильнее.

— Я догадалась, — улыбнувшись, сказала гадалка и обратилась к Уилу: — Молодой человек, повесьте, пожалуйста, табличку, которая лежит у ножки стола, снаружи над входом в шатер. На сегодня моя работа закончена.

Уил выполнил ее просьбу. Вернувшись, он увидел, что Элид сидит за столом напротив гадалки, и та держит его ладони в своих морщинистых руках с вздувшимися синими венами и узловатыми распухшими суставами. Уил долго не мог отвести глаз от ее уродливых пальцев.

— Сегодня у меня весь день поют суставы, — как будто прочитав его мысли, сказала гадалка.

Элид, криво усмехаясь, подмигнул другу.

— Ну, что хорошего ты мне можешь сказать, старуха? — спросил он.

— А о чем вы хотите узнать?

— Скажи мне, что ждет в ближайшем будущем капитана Элида Донала, самого счастливого мужа на свете, — промолвил Элид и, покачнувшись, едва не свалился со стула.

— Хорошо, я вижу по вашим ладоням, что сегодня вы выпили слишком много эля, поэтому в ближайшем будущем вас будет мучить страшная головная боль и вам будет не до смеха, — промолвила гадалка, и уголки ее губ дрогнули.

Элид изо всех сил старался сосредоточиться на том, что сказала Вдова Илик. Получалось плохо.

— Знаешь, думаю, ты права, — произнес капитан и громко икнул. — Ты настоящая ясновидящая. — Но тут к горлу подкатил комок тошноты. — Простите, но мне кажется, что эль просится наружу.

И он, вскочив, выбежал из шатра.

Проводив друга удивленным взглядом, Уил снова повернулся к гадалке. Ему тоже захотелось покинуть шатер. Вдова Илик тихо засмеялась.

— Теперь ваша очередь, — сказала она.

Уил пожал плечами. В конце концов, ничего страшного не произойдет, если ему погадают. Уил сел напротив Вдовы Илик и положил на стол руки, однако гадалка даже не дотронулась до них.

Его так и подмывало спросить, видит ли она.

— Вы, наверное, слепы? — осторожно спросил он.

— Почти. Я вижу лишь пятна света. Впрочем, зрение мне не нужно.

В шатре вдруг стало очень тихо. Уил хорошо понял, что хотела сказать гадалка, и затаил дыхание. Когда речь заходила о магии и ясновидении, он всегда настораживался.