— Снаппер? Из-за чего они подрались?

— Ха! Две сердитые дамочки на одной крыше — это перебор. У сладких была собственная повестка дня. Остальным в таких случаях надо посторониться и дать им разобраться самим… — Он замолчал, сосредоточиваясь. — Ланс, «Рельсовый бегун 204» и за рулем псих. Чудо вызовет аварию, если будет так гнать.

— Киппер, мне надо узнать, что случилось с Изадорой.

— Твоей девчушкой с орбитального челнока? Что там за интерес? Хотя ты ведь не получил свое сладкое время.

— Есть больше… вещей, чем просто сладкое время, — терпеливо ответил Габриел, не уверенный, что сможет объяснить. — Она… доверяла мне.

— Я доверяю тебе! — экспансивно возгласил Киппер. Землянин глянул на него скептически.

— Не думаю, что ты бы доверил своей матери кормить тебя ее собственной грудью.

Киппер очень радостно ухнул:

— Тут ты попал в точку, чудо!

— Ладно, тогда скажи, как мне передать весточку Изадоре? Киппер пожал плечами.

— Из плоской страны дошли слухи, что какая-то парочка была заперта в той же норе, из которой мы с таким трудом извлекли тебя. Шпики выпустили их сегодня утром.

— Изадора?

— Клещам не разрешается публиковать имена подозреваемых, но языки обмолвились, что она сама клещ. Так что, я думаю, она в расцвете и на виду.

— Мне надо знать наверняка.

— А мне надо знать, почему ты так интересуешься этим старым пьяницей.

Глаза Киппера опасно заблестели.

И Габриел вдруг подумал: а нет ли у Киппера другой причины идти с ним? Другой, чем просто «вешать хлопалки, глядя в четыре глаза»? Как можно небрежнее землянин огляделся — не прячется ли где еще одна фигура, готовая столкнуть его, если он даст неверный ответ.

— Я думал, это очевидно. Ведь никого другого нет. Озирания Габриела не ускользнули от глаз коротышки.

— Здесь только мы, парень.

— И Лаз.

— Да, он везде.

— Тогда скажи мне еще кое-что. Кто такой Кил? Киппер чуть отпрянул.

— О, ну, это тот, кто руководит Лазарусом. — Лицо коротышки стало вдруг озабоченным. — Учти, он доверился тебе, — с нажимом сказал Киппер. — Ты мог бы донести Могучему Мики и привести к нам шпиков. Лаз — Первый, чудо. Он поведет нас обратно к земле. — Киппер положил руки на грудь. — Кто я? Я — торянин в пятом поколении. Вышел из холодных подносов, вырос в загонах. Мать сошла с ума, папаша был номером донора. Я — человек Железного мира до мозга костей, никогда не забредал дальше орбиты и обратно. Что я знаю, кроме сварных швов? Да, черт побери, Шэрри видела в два раза больше меня… а-а-ах. — Он нежно улыбнулся. — Мы счастливы с ней, я и Тох, мы счастливы. И Ката. У нее будет верхняя жизнь благодаря Лазу. — Лицо Киппера снова стало серьезным. — Вот он повидал в два раза больше Шэрри. Он был во многих местах, видел тысячи путей. Он не какой-нибудь задрипанный вонючка, чудо! Нет, они сваляли дурака, когда вставили ему ОТУ и отпустили, потому что он вышел, чтобы срезать рога Могучему Мики. Он хочет привести нас обратно, чудо, обратно к… земле, понимаешь?

— И как он собирается это сделать, Киппер? Киппер заговорщицки подергал себя за бровь.

— Мы не психи, парень. Та Площадь, — он иронично фыркнул, — это плоская страна. Ты видел здесь кого-нибудь на акроваке? На фабиане? Ты видел, чтобы кто-нибудь здесь играл во ВНУТРИмир? Нет, чудо, мы не такие. Это верхнеземелье. — Он раскинул руки во всеобнимаюшем жесте. — Мы снаружи. И Лаз… он знает дорогу, потому что был там. Он пробежал через кишки Могучего Мики и знает их изнутри.

— Взгляни, чудо. — Руки Киппера охватили целиком всю Кьяру. — Скажи мне, что это… Нет, я скажу тебе. Это я. И Шэрри. И малышка Ката. Нигде в Семнадцати нет ничего подобного. Нас не должно быть здесь, никого из нас. Плоская страна старается не думать об этом, — он презрительно махнул рукой на улицы далеко-далеко внизу, — но мы думаем. Мы знаем, что Железный мир хотел бы раздавить нас, стереть в порошок, превратить Кьяру в отпечаток пальца на Наковальне. Но Кьяра здесь. Мы здесь, потому что у нас есть философия! — Он подошел вплотную к Габриелу. — Философия, парень, в двух словах: «верх» и «твое». — Киппер согнулся от хохота. Отсмеявшись, он снова стал серьезен. — А-ах, мы собираемся закрутить стрелку назад, парень! Лаз обещал нам это. О да!

Габриел спросил:

— А при чем тут я, Киппер? Почему он думает, что я могу помочь?

Киппер развел руками и ухмыльнулся ухмылкой перочинного ножика:

— Не знаю, парень, не знаю. Ты мудреное чтение. Но мне сдается, что сам ты точно знаешь, при чем туг ты. И Могучий Мики, похоже, знает. И шпики. Они загребают подонков со всех углов и закоулков, пытаясь взять тебя за глотку, парень. Они бы не надрывались так из-за какого-то дешевого туриста.

— Неужели? — Внешне спокойный, Габриел шагнул вперед и по-братски обхватил коротышку за плечи. — В таком случае я бы, не моргнув глазом, бросил тебя за борт.

Киппер лукаво хихикнул:

— Попробуй — и мы полетим вместе.

— А с чего ты взял, что меня это заботит? Один раз я уже бросился вниз, вчера ночью, думая, что отправляюсь в долгое падение.

— Нет, ты так не думал, — проницательно возразил коротышка. — Ты знал, что тебя поймают. Ты вовсе не был готов освободиться.

Габриел убрал руку с плеч своего спутника.

— Ты прав, — признал он. — Так к чему же мы пришли?

— К тому, что я готов тебе помогать… не задавая вопросов. Конечно, если на самом деле ты тот, кем, по твоим словам, ты не являешься, моя помощь тебе не потребуется.