Из-за спины он поднял с пола маленький замшевый мешочек и положил его себе на колено. Закрыв глаза, он запустил руку внутрь. Эш услышала в мешочке шуршание и постукивание.

– Что он делает?
– спросила она Кэсси.

Кэсси прижала палец к губам.

Затем Боунз запел:

– А-а-йе-йе-но, но-йя...

Сперва Эш показалось, что он стонет, но потом она поняла, что это своеобразное пение. Ощущение силы, которое она почувствовала на мгновение, когда они с Кэсси только сели напротив него, вернулось к ней снова теперь оно заполняло всю комнату. Руки Эш покрылись гусиной кожей, и она никак не могла стряхнуть дрожь, которая, казалось, шла откуда изнутри, из самого мозга костей.

Пение становилось громче.

– А-а-нья-хи, хей-но, хей-но...

Внезапным резким движением Боунз вынул руку из мешочка. Раскрыв ладонь, он разбросал то, что в ней было, по полу между собой и загадочным маленьким вигвамом.

Так вот как он узнал мое имя, подумала Эш.

По полу разлетелись и легли маленькие косточки, образовав картину, ничего не говорившую Эш - и Кэсси, наверное, тоже, подумалось ей, - но, очевидно, очень содержательную для Боунза. Он наклонился над ними, повторяя пальцами причудливые фигуры косточек, едва не касаясь их.

Теперь он молчал. Было слышно только их дыхание. Эш разглядывала косточки, пытаясь увидеть в них то, что видел он.

Что это за косточки?
– раздумывала она. Птичьи? Мышиные? Может быть, лучше и не знать.

Боунз смешал картину движением таким же резким, как и то, каким разложил, и убрал косточки в мешочек.

– Дело не в тебе, - сказал он после этого.
– Оно касается тебя, но оно не в тебе. Твоя боль и злость начали его - вызвали зло из мира духов - - но, появившись здесь, оно начало охоту на кого-то другого.

Сердцебиение Эш снова усилилось.

– Что... Что ты имеешь в виду?
– спросила она.

– Он имеет в виду, что сила твоих чувств вызвала духа из Другого Мира, - - объяснила Кэсси.

– Ну-ну, - сказала Эш.
– Ближе к реальности.

– Проблема в том, - продолжила Кэсси, не заметив, что Эш перебила ее, - - что он охотится за кем-то другим.

Эш покачала головой.

– Ну, если предположить, что все это так, что же в этом плохого? Ведь это больше не моя проблема, так?

Кэсси ничего не сказала, но в ее глазах ясно читалось осуждение. Боунз просто перевел взгляд на маленький вигвам, стоявший перед ним на полу.

Эш вздохнула.

– Ну, ладно. Я не подумала. Может быть, я просто думаю только о себе.

Боунз подбодрил ее взглядом.

– Так что же именно плохо в том, что этот...
– Эш запнулась на этом слове, потому что все вместе не очень укладывалось у нее в голове, ...этот дух охотится за кем-то?

У нее была небольшая оккультная библиотечка, и ей нравилось размышлять обо всем, что она читала в этих книгах, но в глубине души, на самом деле, она никогда не допускала по-настоящему, что все это может быть реально. Потому что если бы это было так, то ее мама обязательно связалась бы с ней. В этом-то и была начальная причина ее интереса ко всем этим вещам.

Но мама так и не давала о себе знать.

Потому что тот, кто умер, умер навсегда. Он больше ничего не чувствует. Его больше нет. Для него больше нет ничего.

Но для того, кто остался жить...

– Если бы дух искал тебя, - сказал Боунз, - мы бы вызвали его прямо сейчас и покончили бы с этим делом. А так нам нужно вызнать, кого он ищет, и убедить этого человека - во-первых, в том, что дело в самом деле серьезное, а во-вторых, в том, что мы можем ему помочь.

– Ставлю на ее кузину, - сказала Кэсси.

Эш покачала головой:

– Нина? Быть того не может. Ей все эти дела не больше интересны, чем мне - ее расфуфыренные подружки.

– Охотник выбирает, - сказал Боунз.
– Не дичь.

Может быть, и так, подумала Эш, но Нина? Да кому она нужна?

– А что с тем типом, который шел за мной от оккультной лавки вчера вечером?
– спросила она.
– Я думаю, он годится больше.

– Он меня тревожит, - сказала Кэсси.

Боунз кивнул.

– Он не подходит. А в совпадения я не верю. Однако, дух этот женской природы, так говорят кости и карта основания из твоего расклада, а обычно в такой охоте они ищут кого-то своего пола.

– Это почему?
– поинтересовалась Эш.

– Так заведено у маленьких маниту - родственников Бабушки Лягушки.

– Она же всегда помогала...
– сказала Кэсси, нахмурившись.

Боунз кивнул.

– Это верно. Но у маниту нет принципов. Эта, мне кажется, усыхает; она ищет силу молодого женского духа, чтобы восполнить недостаток своей собственной.

– Как вампиры?
– спросила Эш.

Она не смогла удержаться от улыбки. Мысль была забавна. Какой-то индейский вурдалак преследует ее кузину! Да, дела...