– Право, в этом нет никакой необходимости, - запротестовала Джин.

Но увы, было уже поздно. Стражник в другом конце коридора успел жестом дать ответ.

– Свет горит лишь в личном кабинете Крупна Сэммона, - объяснил Джин её собеседник.
– Вон тот стражник проводит тебя к нему.

– Право, в этом нет необходимости, - запротестовала Джин, и биение сердца, казалось, отзывалось в её ушах. Если это тот самый Круин Сэммон, которого ей уже описали как патриарха этого семейства...

– Я не хочу доставлять ненужного беспокойства.

– Круин Сэммон пожелал бы узнать, что вы соскучились, - негромко, но твердо напомнил ей стражник, и Джин поняла, что ей лучше не вступать в пререкания. Стражник наверняка имеет насчет неё четкие указания. Вздумай она пойти на попятную, как тотчас привлечет к себе повышенное внимание.

– Благодарю вас, - произнесла Джин еле слышно. Она заставила себя расправить плечи и зашагала по длинному коридору навстречу поджидающим её стражникам.

* * *

Круин Сэммон откинулся на подушки, и на лице его читалось раздражение вперемешку с задумчивостью.

– И как далеко ты проехал?

– До самой Шаги, а затем повернул к Табрису, - ответил отцу Дауло.
– И мы ровным счетом ничего не нашли - ни погибших, ни машин, ни отметин, где она могла бы протаранить себе дорогу через чащу.

Круин со вздохом кивнул.

– Итак. Твои выводы? Дауло на мгновение задумался.

– Незнакомка лжет, - неохотно произнес он.
– Сочинила историю с несчастным случаем, возможно, даже нарочно позволила себя искусать для того, чтобы проникнуть к нам в дом.

– У меня нет оснований вступать с тобой в спор, - согласился Круин, однако не кажется ли тебе, что усилия не стоят результата? Ведь существует немало куда более простых способов добиться той же цели.

Дауло поджал губы. Это и есть тот самый узел, который упорно не желал развязываться, как он ни бился.

– Я знаю, отец. Но кто может поручиться, что это не происки наших врагов? Может, они того и хотят, чтобы мы зря тратили драгоценное время, пытаясь раскусить эту незнакомку, а они тем временем тихой сапой делают свое черное дело?

– Верно. Я так понимаю, что ты не стал бы советовать мне посылать сообщение в Азрас с просьбой к мэру Каппарису, чтобы тот навел справки в Солласе?

– Нет, поскольку и без того ясно, что она - подсадная утка. Вряд ли мы тем самым добьемся существенных результатов. Мы всего лишь получим подтверждение, что весь её рассказ - откровенная ложь, а она тем временем предупредит своих сообщников, что мы её заподозрили.

– Ты прав, - на мгновение Круин умолк, а затем, тяжело вздохнув, кивнул. Я ощущаю, как годы тяжким бременем давят мне на плечи, мой сын. В былые дни я был бы только рад брошенному мне вызову. А сейчас я вижу перед собой грозящую нам всем опасность, которую принесла с собой эта женщина.

Дауло облизал пересохшие губы. Ему редко когда позволялось так глубоко заглянуть в отцовскую душу, и он испытывал при этом неловкость и беспокойство.

– В том и заключается долг главы семьи, чтобы стоять на страже её благоденствия, - сказал он несколько скованно.

Круин улыбнулся.

– Тем самым ты предрекаешь свое собственное будущее. Признайся, пугает тебя мысль о столь великой ответственности?

К счастью для Дауло, на низком столике раздалось негромкое "дзинь!", избавившее его от ответа на столь щекотливый вопрос.

– Входите, - сказал старший Сзммон в микрофон.

Дауло обернулся - дверь у него за спиной распахнулась, и в комнату шагнули два стражника с женской половины дома, а между ними...

– Жасмин Алвентин, - ровным тоном произнес Круин, будто её появление было чем-то само собой разумеющимся.
– Уже поздно, а ты все ещё не спишь.

– Простите меня, если я переступила границы вашего гостеприимства, произнесла гостья, пытаясь подражать тону Круина, после того как на свой странный лад высказала ему знак уважения.
– Я проснулась и подумала, что стоит немного пройтись, чтобы мне снова захотелось спать.

– Боюсь, что ночью у нас в Милике можно найти мало интересного, - ответил ей Круин, - в отличие, как я полагаю, от больших городов, к которым ты привыкла... Мне заказать для тебя угощение?

– Нет-нет, благодарю вас, - женщина покачала головой. Даже если упоминание о родном городе и напугало её, Дауло не заметил признаков беспокойства на её лице.
– Мне и без того неудобно, что я вторглась к вам в столь поздний час. Прошу вас, не хлопочите.

Дауло наконец сумел пошевелить языком.