Я кивнул. Пытался сказать, что поддержу ее. Но слова застряли у меня в горле.

Абрайра покачала головой и прекратила спор.

– Анжело, - сказала она негромко, - я никогда не любила мужчину. Никогда не отдавалась мужчине. Но меня трижды насиловали. Первый раз мне было девять лет. Я вышла за пределы поселка генных инженеров в Темуко. Старик поймал меня и чуть не задушил, он совал мне в рот свой пенис. Как раз в это время подняли крик, что Торрес создает нелюдей, вместо того чтобы совершенствовать обычных людей. Старик знал, что я химера и меня не защищают законы, как других девочек. Я пошла в полицию, и там захотели посмотреть мой геном, прежде чем действовать. Им выдали мой геном, и с тех пор я всегда знала, что я химера, потому что этого старика так никогда и не привлекли к ответственности.

Она остановилась, тяжело дыша. Я знал, что она пытается убедить меня действовать своими эмоциональными аргументами. Неприкрытая попытка манипуляции.

– Вторично меня изнасиловали четыре года спустя. После войны в Чили я пыталась заняться чем-нибудь полезным. Нашла работу, я продавала обучающие программы в Перу. Однажды я шла по улице, где несколько парней играли в бейсбол. Когда я проходила мимо игрока, отбивающего мяч, он взмахнул битой и ударил меня по голове. Шрам у меня есть до сих пор...

Она отвела волосы, показав шрам над левым ухом.

– Они привязали меня к столу в пустом сарае. Я находилась там три дня. Много раз они приходили и насиловали меня. Иногда приводили друзей. На четвертый день я высвободилась и пошла в полицию. Но полиция ничего не стала делать. И ничего мне не обещали: в Перу быть химерой еще хуже, чем в Чили. Я знала, что парни вернутся вечером, поэтому вернулась в сарай с ножом и стала ждать. Когда они вернулись, я их убила. И положила их пенисы на стол начальника полиции, а потом провела четыре года в женской исправительной колонии в Каджамарке.

Она ненадолго смолкла.

– В третий раз меня изнасиловали сегодня, в симуляторе. И хотя это не реально, но больно, как и в первые два раза, может, еще больнее, потому что я вспомнила два первые случая - сплошная ненависть и гнев. Но на этот раз было по-другому. Потому что кто-то что-то сделал. Ты разрезал Люсио лицо, я благодарна тебе за это.
– Она улыбнулась.
– Ты победил: если ты против того, чтобы мы ударили первыми, мы просто вооружимся и будем очень осторожны, ладно? Больше я ничего у тебя не прошу.

Она наклонилась и легко поцеловала меня в висок, как друга, поцелуем благодарности. Потом встала и ушла.

Она меня удивила. Я думал, что она пытается вовлечь меня в схватку, просит отомстить за нее. И она имела на это право. Возможно, больше всех, кого я знал, она имела право на справедливость. Она не поняла, что я еще не принял решения, как буду действовать. Сдалась слишком легко. Если бы она потребовала, чтобы я участвовал в Поиске и убил Люсио, я отказался бы. Но Абрайра оказалась более убедительной, чем сама думала.

Я вспомнил слова Люсио: "Я убью тебя и буду трахать твою женщину" и понял, что он постарается выполнить это буквально. Я решил, что, пожалуй, лучше отправить Люсио и его людей в ад, потом встал и пошел в комнату.

Немного погодя к нам зашел Гарсиа. Он был очень бледен и измучен и больше обычного шевелил руками. Он пришел заплатить Завале миллион песо и, по-видимому, хотел побыстрее покончить с этим. Он с беспокойством смотрел, как Мавро заостряет деревянный нож.

Гарсиа сказал:

– Надеюсь, вы не думаете начинать драку с самураями!

Мавро ответил:

– Я вообще ни с кем не собираюсь драться. Просто просверлю дыру кое в ком!

Гарсиа облизал губы и сказал:

– Несколько минут назад Эмилио Васкес решил отпраздновать наши победы в Южной Америке и не явился к симулятору. В комнату вошел самурай и приказал ему идти на тренировку, и Эмилио и еще один человек напали на самурая. Я сам все это видел! Эмилио один из самых сильных людей, каких я знаю, и он попытался задушить самурая, но самурай вырвался у него, словно Эмилио ребенок, потом ударил друга Эмилио по голове, разбив ему череп, и задушил Эмилио - а Эмилио вырваться не смог! Если не верите, можете сходить и посмотреть сами на голову Эмилио. Она висит на крюке на шестом уровне у лестницы. Если мне нужны были доказательства, что самураи так же сильны и быстры, какими кажутся в симуляторе, то я получил их!

Гарсиа перевел на счет Завалы миллион песо, потом заплатил две тысячи МДЕ за мои антибиотики и быстро ушел.

Завала подошел и похлопал меня по спине.

– Прости, что так отнимаю у тебя твои лекарства. Я предпочел бы, чтобы ты отдал мне их как друг. Но теперь ты понимаешь: самураи побеждают нас потому, что их духи сильнее. Я рад, что мы узнали правду: есть заклинания, которые ослабляют духов врага.

Мавро рассмеялся.

– Прекрасная мысль! Ты произноси заклинания, а я буду острить нож!