– Добро пожаловать в Мелекесс!
– сказал он неожиданно приветливо.

Тири сдержанно кивнула и бросила шлем на седло.

– Топливо?
– осведомился старик.
– Смазка? Регулировка?

– Спасибо, - Тири покачала головой.
– У нас все в норме. Просто стоянка.

Аурел откинул ножку и "Квантум" послушно замер, склонив руль и переднее колесо немного в сторону.

– Заплатите в баре, терминал там, - сообщил старик.
– Бармена зовут Нахт.

Тири еще раз поблагодарила и направилась к вертящейся двери бара. Аурел последовал за ней.

– Если что, ищите меня в мастерне, - сказал старик Аурелу в спину. Это там...

Аурел даже не стал смотреть - где. Просто вошел в бар вслед за Тири, хотя где-то в уголке сознания трепетала маленькая мысль - так поступать невежливо. Все-таки старик... Но основное место в голове занимали другие мысли: ПИВО и ДУШ.

Как выяснилось, мысли Тири совпали с его мыслями полностью. Ближайшие пару часов их мало что интересовало помимо этого.

Когда Аурел, чистый и расслабленный, растекся по креслу и еле-еле ворочал рукой, держащей пивную бутылку, он понял, что рай иногда спускается с недостижимых небес на землю. Сколько он сидел - Аурел и сам не почувствовал; только блаженство его прервала Тири. Дверь, по обыкновению, спутница отворила пинком. Аурел скосил глаза, потому что шевелиться не то что не хотелось - тело вообще временно исключило всякое движение из числа достижимых понятий. Тири успела переодеться - привычные ее брючки испарились куда-нибудь в утилизатор, а теперь она носила монтреевские же джинсы, в довесок к стильным ботинкам. Но серебристая курточка сохранилась. Правда, вместо темно-серой футболки с загадочной надписью "Отдаю фреки только на ZyXELе" из-под курточки выглядывала красная клетчатая рубашка. Джинсы ей шли. Впрочем, Аурелу казалось, что Тири будет хороша в любой одежде.

– Держи, - сказала она и метнула Аурелу продолговатый пакет, который до этого держала в руках. Аурел даже не шевельнулся и пакет мягко шлепнулся ему на грудь.

– Что там?
– осведомился он, с трудом поборов нежелание делать что-либо, даже издавать звуки.

– Одежда. А свою выбрось.

Аурел тихо изумился.

– Уже выбросил. С каких это пор ты стала заботиться о моем гардеробе?

– С тех пор, как сплю с тобой в одном спальнике, - холодно парировала его выпад Тири.
– Мне приятнее, когда ты чистый.

– Будешь тут чистым в первый же день, - проворчал Аурел.
– Пылища в степи, шмоток не напасешься...

– Ничего, - успокоила его Тири.
– Перетерпим до следующего городка.

– Ладно, спасибо...
– Аурел продолжал ворчать, потому что ему по-прежнему хотелось лишь пребывать в кресле и потягивать пиво.
– Надеюсь, там не мини-юбка?

Тири фыркнула.

– Я не люблю юбок... Вы, мужчины, хоть и лопухи, но одежда ваша все-таки удобнее...

Аурел развернул пакет. Там была такая же клетчатая рубашка, как и на Тири, и джинсовая пара от Говарда Шепарда. Только и осталось, что присвистнуть.

– Откуда ты знаешь, что я ношу Шепард?
– спросил Аурел с немалым удивлением.

Тири ехидно объяснила:

– Как только я увидела тебя в Шепарде, я тут же догадалась, что ты носишь исключительно Шепард...

Но она улыбалась, и Аурелу хотелось думать, что она рада сделать ему приятный сюрприз.

– Выходи в бар, - сказала она и выскользнула за дверь как раз в тот момент, когда Аурел уже собрался подняться, чмокнуть ее в щеку и рассыпаться в комплиментах и благодарностях.

– Тьфу, - Аурел с досадой бросил пакет на кровать.
– И почему я такой тормоз?
– спросил он, глядя в овальное зеркало у кровати. Отражение отвечать не собиралось: напротив вид у отражения сохранялся весьма озадаченный и вопросительный.

Он влез в новые, восхитительно хрустящие джинсы, накинул клетчатую рубашку, мягкую, как тополиный пух, сунул ноги в поношенные кроссовки и подумал, что надо бы и их сменить на новье. Куртку он оставил на кровати.

И тут в застегнутой на молнию сумке отчетливо прозвучал сигнал вызова.

Аурел замер. Он привык, что выключенная борда не в состоянии принимать входящие - несмотря на то, что сам мог просканировать содержимое даже выключенного терминала.

Бластер продолжал надрываться в сумке. С опаской расстегнув молнию, Аурел тупо уставился на белый пакет с бордой и диалом. Звук стал громче и отчетливее.

С полминуты Аурел ждал, не решаясь прикоснуться ко взбесившейся технике, вызов продолжал ритмично звучать, словно знал, что хозяин рядом и все слышит. Потом нерешительно протянул руку и медленно потащил борду из пакета. Крошечный глазок над сенсором выключателя был матовым - значит борда действительно не запитана. В конце-концов, неся сумку подмышкой Аурел мог случайно включить борду даже сквозь кожу и пластик пакета. Мог. Но оказалось, что причина не в этом.

"А если ее теперь включить?
– растерянно подумал Аурел.
– Перестанет трезвонить?"

Он решительно коснулся сенсора и глазок затеплился зеленоватым огоньком. Бластер звучал как и раньше. Пустота над видеотреком сгустилась и секунду спустя чуть выше клавиатуры замерцал голокуб. Пальцы сами утопили Alt-Q. В голокубе возникло темное изображение - внутренность не то бара, не то большой комнаты, в которой в самом разгаре шумела молодежная вечеринка. На Аурела взглянул выбритый до синевы парень. Ему было лет двадцать пять, и еще Аурел заметил, что на нем все та же клетчатая рубашка, точная копия той, что Тири сегодня подарила ему и той, что носила сама.