– Принцесса Кимбелин кеолотианка. Она не так хила, как бельбидийские леди. Старый лес ей не страшен.

– Бельбидийские леди не хилы, - в один голос воз разили Халь и Кеовульф.

– В самом деле? Выходит, вы сами боитесь леса, - довольно усмехнулся Тудвал, откидывая назад голову, чтобы прямые светлые волосы не падали на глаза.

– Мы намерены ехать на север, как раз через лес, - объявил Халь, будто от него и зависело решение. Тут же вспомнив, кто на самом деле главный, он обернулся к Ренауду и произнес: - Я согласен, что нам следует ехать через Троллесье, раз принц Тудвал столь любезно вызвался послужить нам проводником.

– Защитником, - подчеркнул младший принц Кеолотии.
– Я с удовольствием поведу ваш отряд по землям моего королевства.

– Моего королевства, - поправил его король Дагонет.
– Ни я, ни твой брат пока что не подаем признаков близости безвременной кончины, а раз так - попридержи язык.

Тудвал закусил нижнюю губу.

– Откуда Тапвелл столько всего знает об этих землях?
– негромко спросил Кеовульф, когда они с Халем наконец двинулись к себе, чтобы собрать немногочисленные пожитки.

– У меня в Кеолотии родственники, - ответил неожиданно оказавшийся у них за спиной овиссиец.
– Удивительно, Халь, вы один желали здесь задержаться. Ваша дама не накажет вас за столь долгое отсутствие?
– Он пренебрежительно усмехнулся и обогнал их, оставив Халя наливаться гневом. Молодой человек в очередной раз ухватился за меч, но отвратительная мысль о том, что наглая шутка основана на правде, остановила его руку. Покраснев, Халь стиснул зубы и еще раз поклялся доказать, что Тапвелл не прав.

Тайне хотелось побегать. Халь старался не думать о Тапвелле, чему весьма способствовало присутствие принцессы Кимбелин. Она до сих пор промокала платочком глаза после долгого прощания с отцом. В последний момент король сунул дочери в руки целый кошель золота, а потом, будто того было мало, с трудом стянул с пухлых пальцев все перстни, кроме печатки, и тоже отдал ей.

– Если вдруг что-нибудь понадобится, извести меня. Обещай, что известишь, - просил он, когда принцесса уже проезжала через усеянные самоцветами золотые ворота. Прикованный у них медведь рычал и дергал цепь.

Предводительствовал эскортом Тудвал, окруженный полудюжиной длинноногих черных собак. Сидел он на блестевшем от пота боевом коне, гордо изогнувшем шею с четко выступающим переплетением жил. Одним коротким взмахом руки принц отдал приказ к выступлению. Сестра скакала с ним рядом в сопровождении пяти фрейлин (еще семь заняли места в повозках). Бок о бок с солдатами-бельбидийцами ехали люди Тудвала общим числом до двух десятков.

На этот раз отряду не пришлось плутать по извилистой дороге через весь город: принц повел его в выложенный мрамором подземный тоннель, где через каждую дюжину шагов горели светильники. У Халя в ушах звенело от стука подков по камню. Наконец они опять оказались под серым кеолотианским небом. Впереди лежала широкая болотистая равнина, кое-где помеченная лесистыми бугорками. Равнина тянулась до самого горизонта, подернутого дымкой, а там размытые бледно-багровые холмы сливались с тяжело нависшими над ними дождевыми облаками. Путь лежал на северо-запад. Вместо того чтобы любоваться мокрым пейзажем, Халь нашел взглядом принцессу.

Одетая по-дорожному, девушка выглядела ничуть не менее прекрасно и величественно, нежели в дворцовом облачении. Ярко-зеленое платье, отороченное серебром, охватывало бедра и талию так, что Халю немедля сделалось стыдно за свои мысли. Возникло неприятное ощущение, будто Брид за ним наблюдает.

При этой мысли он фыркнул. Конечно, Брид прелестна, и конечно, он ее по-настоящему любит, но нельзя позволить, чтобы она всецело им повелевала. Обидные слова Тапвелла до сих пор не смолкали у Халя в ушах. Сжав кулаки, молодой человек постарался забыть об этом и стал думать о принцессе Кимбелин. Как не восхищаться тем, сколь элегантно она сидит в своем дамском седле, сколь ровно держится! Вот принцесса протянула руку, чтобы взять у одного из сокольничих голубого кречета в кожаном колпачке. Халь улыбнулся. Вот это - дама, она не позволяет себе разъезжать в кожаных штанах, как Брид. Хоть Халь и старался смотреть на ее проделки сквозь пальцы, все же ему хотелось, чтобы девушка хотя бы иногда вела себя, как подобает настоящей бельбидийской леди.

Тапвелл вырвался вперед, а Тудвал по-прежнему держался рядом с сестрой, ревниво охраняя ее и следя, что бы никто не мог с нею заговорить. Принцесса посмотрела в сторону Халя, тот ответил галантным кивком и был уверен, что Кимбелин залилась румянцем. Ну, чуть-чуть.

На плечо ему легла рука - это Кеовульф, наклонившись вперед, одарил товарища одним из своих обычных взглядов. Не то чтобы неодобрительным рыцарь не был склонен открыто проявлять неодобрение, но по меньшей мере предупреждающим.

– Чего тебе надо?
– недовольно спросил Халь.

– Ничего, - мягко ответил Кеовульф.
– Надеюсь, ты знаешь, что делаешь.

– Да я просто смотрю. Нельзя же...

– Тапвелл был прав, - перебил его Кеовульф с холодной улыбкой на губах.
– Ты слишком давно не был дома. К тому же просто смотреть невозможно.

– Возможно! Я ничего не сделал, даже ничего не сказал.

– Гм, - с сомнением отозвался Кеовульф, - раз смотришь, значит думаешь. А она знает, что ты думаешь. Она не только принцесса, но еще и женщина. Помнишь, как под Фароной ты оскорбил жену купца? С принцессами-то еще посложнее бывает. Даже если на время забыть о Брид, принцесса Кимбелин невеста короля Рэвика. Так что не суй голову в петлю.