– Любой твой друг...
– начало существо, подступая поближе. Папоротник, - поклонилось оно, - из стада Лешей реки. Это самое старое стадо в лесу. Рад познакомиться.
– Лёсик резко обернулся к Брид: - А теперь можно мне свирель?

– Нет, - отрезала девушка.
– Она не твоя. Ты ее взял у них и лезешь в дела, к которым не должен и прикасаться. Они ее ищут.

– Пожалуйста, - вскинул руки Каспар, - пожалуйста, объясните мне кто-нибудь, что тут происходит. Брид, что случилось с волками?

При упоминании о волках лёсик побледнел, перестал жевать и уронил изо рта комок травы.

– Их тут нет, - успокоила его Брид.

– Прошу тебя, - взмолился Каспар, не в силах больше терпеть.
– Мне надо знать, в чем дело.

Было тепло, в воздухе приятно пахло колокольчиками, что росли в тени деревьев огромными множествами, похожими на волнующееся море. Дубы покрылись раскрывающимися почками, а на ветвях буков уже трепета ли на ветру зеленые листочки. Точно, сон.

Брид села среди цветов, внимательно следя, чтобы заплаканный лёсик не приближался к свирели, глубоко вздохнула и посмотрела на Каспара.

– Садись, я все тебе объясню.

– Некогда рассиживаться. Надо найти Пипа и Брока. Я первый раз повел отряд и потерял двух человек. Что отец обо мне подумает?

– Спешить некуда. Такова природа этого места. Здесь время идет по-другому.

– Брид!
– воскликнул Каспар в отчаянии, чувствуя, что скоро окончательно свихнется.

– Мне кажется, это Свирель с большой буквы, - начала она.
– Теперь садись, Спар, и не смотри больше, как загнанный заяц. Все не так сложно, только дай мне объяснить. Свирель обладает силой, несколько напоминающей Некронд, она может открывать врата между жизнью и Иномирьем. Должно быть, когда Папоротник на ней играл, такие врата ненадолго открылись, и нас затянуло в Иномирье.

– И мне надо вернуться обратно, пока я окончательно не изменился, встрял Папоротник.

Каспар все равно ничего не понимал.

– Ты хочешь сказать, что мы в Иномирье?
– Брид кивнула.
– Так значит, мы мертвы?

– Папоротник мертв, - спокойно ответила жрица.
– А мы сюда попали потому, что музыка Свирели перенесла нас через границу между мирами.

– Нам надо вернуться!
– Каспару тут же перестало тут нравиться. Вокруг мир мертвых!.. И все-таки все казалось таким безопасным и спокойным, а Папоротник не выглядел ни гниющим трупом, ни привидением, хоть Каспар и заметил у него вокруг шеи пропитанный кровью платок. Наконец юноша опустился рядом с Брид и стал слушать дальше. Он ей доверял. Раз Брид сказала, что спешить некуда, значит, так оно и есть.

– Итак, мы в Иномирье.

– В Ри-Эрриш, - поправил лёсик.
– Певцы это место называют Ри-Эрриш.

Брид кивнула.

– Это земля истины, где мы все лишаемся лжи и притворства, очищаемся перед вступлением в блаженство и всепрощение Аннуина, чтобы слиться с Великой Матерью.

– А откуда это известно?
– недоверчиво спросил Каспар. В другой раз он придержал бы язык, но сейчас почему-то вынужден был говорить откровенно.

– Оттуда, что раз примерно в тысячу лет перерождается кто-нибудь, кто это помнит.

Каспар стал моргать, пытаясь осознать сказанное Брид, а та продолжала:

– К тому же порой по земле ходят духи, привидения, если угодно, образы мертвых. Это души умерших, так отчаянно желающие вернуться к жизни, что они сопротивляются преобразованию и уходят в мир, как тени. Иногда они тоже об этом рассказывают.

Каспар так до конца и не понял. Он осмотрел свои руки и убедился, что они по-прежнему состоят из плоти и крови, а когда Каспар задел пальцем за колючий куст, из царапины выступили капельки крови.

– Папоротнику надо вернуться, но уже слишком поздно, - продолжила Брид.

– Не может быть слишком поздно. Я еще не до конца изменился. На нас напали волки, я хотел их отвлечь, а Примула осталась с малышкой. А они... они поймали Примулу, и пока она лежала и умирала, я пообещал ей смотреть за Петрушкой. Волки вернулись. Я увел их, но, в конце концов, они меня догнали. Кто теперь будет ее защищать? Не важно, что я изменяюсь. Я все равно могу о ней заботиться. Я ведь обещал ее маме. Мне надо вернуться. Отдай Свирель!

– Нет, Папоротник. Нельзя вращать обратно колесо жизни, которое для нас, смертных, крутится только в одну сторону. Мы должны вернуть Свирель им.

– Им?
– спросил Каспар.

– Певцам магии, - объяснил Папоротник.
– Брид, я ведь обещал!

Дева покачала головой.

– Ты прошел через смерть и очутился в Иномирье, в Ри-Эрриш. Смерть освобождает от обещаний прошедшей жизни.

– Но Петрушка в беде. Я должен ей помочь.

– Брид, - встрял Каспар, - если колесо жизни вращается лишь в одну сторону, как мы-то собираемся воз вращаться?