– Да. Клановец на моем участке.

– С чего ты взял?

– Полчаса назад, сэр, был неприятный звонок. Один наш заграничный абонент. Его убил какой-то вооруженный всадник, который работал на автомате. В Магоберских лесах, в номинальных пределах владений барона Горн-и-Фаулер. Когда я заступил на дежурство, мне это сообщение передали, я с ним связался еще раз...

– Стоп! Что за бред? А с чего ты взял, что это был клановец?

– М-мм, сэр, в инструкции, в третьем томе, указано, что на автомате...

– Да ну, ладно, так ты позвонил тому, которого убили и...

– Да, сэр, я с ним связался по спутнику, и он...

– Так какого лешего ты торчишь здесь, Донован?
– Торовски повысил голос.
– Ты на дежурстве, а не я. У тебя нарушитель на участке. Ты его локализуешь, обезвреживаешь, всю информацию заносишь в первую базу. И все!

– Сэр, он Белый!

Дон удивленно посмотрел на Донована поверх журнала.

– Кто Белый-то?
– нетерпеливо спросил Торовски, поджав короткие ноги и делая полный оборот вокруг оси.

– Клановец!

Торовски и Дон непроизвольно одновременно взглянули сперва на стажера, потом друг на друга, и Дон покрутил пальцем у виска.

– Ага, Белый. Ты совсем ку-ку, парень?
– строго осведомился Торовски, снимая очки. Без них его лицо показалось непривычно голым. Он протер стекла, и без того сверкающие.
– Или он нас разыгрывает, Дон?

Дон хмыкнул и перелистнул страницу.
– Ложный вызов, - проворчал он вполголоса.

– Ладно, не бери в голову, малыш, - внезапно смягчился Торовски, и даже не добавил как обычно "а бери в рот".
– Я этим сам займусь, попозже.

Ральф еще раз смущенно улыбнулся, неловко кивнул и исчез поспешно. Дон снова хмыкнул.

– Ты посмотри, что пишут!

Торовски нехотя оторвался от телевизора и перегнулся через стол. Дон показывал на блестящий глянцевый разворот, четверть которого - и не меньше занимала шикарная эмблема их конторы. Золотая корона с лучистыми рубинами, развитая лазурная лента, белые буквы "Мадж" и "тик".

– А... курсы...

– Да ты послушай! Так... Увлекательный мир приключений... для детей и родителей... Ну, прочая лабуда... Вот. " Свои услуги предлагает Фу Тян-Хоа, the witty winner of four Majestic Grand Prizes... так... во! Древнее знание Востока... ага, у нас, да?.. гарантировано овладение призом Маджестик за два года целенаправленной... полное описание примет и знамений на пути к Чаше... но путь опасен... хм-м... научный подход... " Эк как его! Я улетаю! Джош, и это печатают!

– Вдобавок еще и читают! Такие вот, как ты! Слушай, Дон, если честно, я уверен, что мы с тобой говорим о разном. Что тебе не нравится-то?

Дон воззрился на приятеля.

– Так ясно же! Тьма несообразностей!

– Угу! И первая?..

– Ну - древнее знание Востока. Этот аутсайдер заврался вконец!

– Может и нет. Но это вопрос другой. А первая - и главная - нелепица четыре Больших Приза у этого типа. За эти тринадцать лет сколько, по-твоему, Больших Призов пришлось отдать игрокам?

– Ну, этого точно никто не говорит... Но если покопаться в архивах...

– Три! Всего три! И больше никому он не достанется - во веки веков!

– Да ну!

– Ты меня слушай!
– Джош присел на стол, боком к Дону, болтая короткой ногой.
– Старый Руфус был гений. Именно так. И вовсе не полоумный маньяк, ты, конечно, читал все сказки для пользователей идея была подхвачена, и под руководством профессора Каббера... за три года... Вранье. Не маши руками, дует. Ты знаешь, что Руфус пятнадцать лет читал курс системной топологии в Токийском университете? Не слышал? И не веришь? А если я тебе скажу, что семьдесят процентов модулей "Чаши" для нас закрыты до сих пор? Не веришь... А ведь над этим и бьется сколько уж лет лаборатория Каббера... Да вот. Прости меня, Дон, ты второй год на фирме, кому-то надо наконец открыть тебе глаза. А я к тебе давно присматриваюсь. Есть мнение рекомендовать тебя в клуб "Инвестигейтор".

– Спасибо, Джош, - Дон ошарашенно потер стриженый затылок. Чудеса!

– Слушай дальше, козлик! О Больших Призах. Всякое большое дело начинается с большой приманки. Первые два приза ушли в год основания игры. Об этом на весь мир трубили. И кому они достались, ты знаешь... наверное.

– Ну да. Какой-то художник. И коммивояжер... из Огайо. Верно?

– Так, черт возьми! А третий был школьником из Луисвилля! Не слыхал? Так я тебе расскажу! Участие в прибылях было слишком жирно даже тогда. И третий случай за три месяца - чересчур даже для старой доброй теории вероятностей. Решили оспорить права третьего кандидата. Договорились с родителями. Все полюбовно кончалось. Но он успел войти в игру, стервец... В общем, когда наш спикер вошел в контакт с Монастырем Света, те уже знали, как надули их избранника. Я дублировал спикера. они встретились за пределами монастыря, светлый Перон и наш, Энтон Блаунт. Я видел их издали, но слышал все. Скверное было положение, ох какое паршивое... Ты знаешь, какие гарантии обещаны победителю.

– Программа самоуничтожения? Тоже блеф.

– Это серьезно. И страшно, дружище. Перон все знал и лучше нас понимал, чем все кончится. Он умолял спикера не рушить уговор. Но ведь решал-то не Энтони. Ему были даны четкие указания. Они так и не договорили... Энтони почувствовал это раньше всех. Он что-то замычал и начал срывать с головы застегнутый шлем. А потом мы видели, как с неба посыпались огромные черные монолиты. Они не падали, а медленно опускались вниз, этак непрерывно и непреклонно, и вписывались в каждую складку местности, и на глазах заполнили ущелье и долины на юге, и везде, везде - только черные глыбы с неба.