Джефф опять потянулся за полотенцем. Джейк запрокинул голову на спинку дивана, глаза его были зажмурены, и пухлые кулаки сжаты до белизны на костяшках.

– Ты все слышал?

– Ага. И что теперь?

– Пойдем к Джонсону, ты же слышал. Номер его знаешь?

– Он наверное тоже в игре сейчас. А вообще-то позвони. Номер в моем каталоге. Он меня рекомендовал в Клан. Во мужик! Цепкий.

– Ну так ты и звони тогда!

– Не, это все не по мне... Звякни, звякни, Джефф, а я пойду кофе закажу.

– Постой!

– Чего тебе?

Джейк задержался в дверях.

– А почему он так быстро крутил топором?

Джейк фыркнул.

– Эта его тайна сдохла с ним вместе. Аминь. Я пойду.

– Может, он работал на автомате?

– Не звезди. Просто какая-нибудь новомодная модель.

– С чего ты взял?

– Он же не клановец. У малого денег куры не клюют, это ясно. Позавчера внеочередная вакансия у кротов стоила три тысячи.

– Ладно... Нет, стой-ка! Закажи еще пару гамбургеров!

– Отчего же пару?
– пробурчал Джейк, уже выходя.

Джефф проводил его взглядом. Толстяк злой. Фигня. Это пройдет. Это пройдет, когда они снова повстречают того парня, либо когда он их найдет на свою голову, и когда они его подвесят над угольями. Или над муравейником. Джефф закрыл глаза и застонал. Повесить бы Торовски на крюке. Обычно игра в таких случаях здорово оттягивала. Стоило сжечь деревушку или рыбацкий поселок, методично, со вкусом, не торопясь...

Он машинально потянулся к шлему, но в коридоре послышалось шарканье. Джейк... Они же не ели с утра, Джейк прав, вон как живот карежит.

– Шевелись, старый крокодил!
– заорал Джефф и с восторгом принюхался. Пахло кофе и луком! Да, этого игра дать не может. Этого и еще кое-чего. Он еще раз со злостью вспомнил дивного рыцаря писаной красы на сером в яблоках жеребце. Жирный котище! Он вдруг так ясно представил себе мульти-центр последней модели. "Да. Говорит Икс Ван ТопперПоппер. Новую вакансию в Чаше Грааля. Срочно. Да, пароль тот же. Благодарю. " И шикарная девица вкатывает столик с коктейлями и омарами...

И заплывший свинцовым жиром Джейк, осторожно переступая грузными лапами, внес здоровенный поднос со снедью. Кофейник еще дымился. Джефф всхлипнул от голода, и тут же Джейк споткнулся о кабель на полу...

* * * * * * * * *

Последние модели я, как и они, видел только в рекламе. Только в рекламе, потому что в такие магазины я не захожу. По-моему, это просто извращение - ходить в магазины, как в музеи. И выходить с пустыми руками и ноющей головой. В музеи, впрочем, я тоже не хожу. Дел у меня до черта - и дома, и на работе. Розенблат говорит, что мастерская только на мне и держится. А я и не спорю. В наше время, конечно, дешевле купить новую вещь взамен сгоревшей. Но не всегда и не для всех. Вот я и чиню. Или собираю. А Розенблат присобачивает крутые наклейки, сбывает и добывает очередную партию рухляди. Мы работаем тихо, среди клиентуры встречаются вполне приличные люди. Иногда. Нами не интересуются ни полиция, ни налоговая инспекция. Свои пособия мы получаем вовремя и не забываем пройти перерегистрацию. А на хлеб и джем хватает. Розенблат, видимо, копит. На старость. Хотя куда дальше - он старый уже. Я - трачу. Ошиблись. Не на это. Нет. Не так. У меня умные пальцы и неплохая голова. И опыт кой-какой. Чутье от бога. Но вот один компонент не зависит ни от меня, ни от боженьки - детали. Вот на них я и трачусь.

Вернее, тратил, добывал, работал на свою мечту. Да вот, есть у меня мечта. Это уж дома. Четыре года. И ночи прихватывал. Я чертовски устал от своей мечты. Я тянул ее как баржу вверх по каналу. И когда впереди показался наконец озерный простор, я его не заметил. Я продолжал копаться в этом диком месиве, полузабыв, зачем мне это. И какая такая мечта? Лучше б съездил на Кони-Айленд. И орать от радости я был уже не в силах, когда на маленьком метровом экране вместо трещащих пестрых полос увидел зеленые холмы, и голубое небо, и горы вдали.

– Чаша Грааля, - тихо-тихо прошелестел динамик, и я подкрутил громкость, - Вход - начало. Пароль неизвестен. Статус неизвестен. Ваш пароль?

Руки дрожали, когда я надевал наушники.

– Ди Рома.

Меня вдруг бросило в пот. Пот был холодный и обильный. Вспотели даже ладони. Руки еще дрожали.

– Ваш статус?

– Рыцарь.

– Статус неясен. Вам нужна помощь?

– Да, да, конечно!

В ту ночь я не спал. Утром позвонил встревоженный Розенблат. Мамма миа, я не галерник. Сколько лет кряду я вкалывал без передышки. Если он не оставит меня в покое на пару недель, я просто заберу инструмент и уйду к Гусману. Вот что я ему выпалил и отжал кнопку. Потом просмотрел счет на карточке. Хватит на две, и даже на три недели, а обедать можно будет напротив, в пиццерии. Я же не наркоман. Я не забуду о своем бренном теле. Может быть...

За ночь голова распухла от разных разностей. Повыбирай-ка из сотен вариантов внешности и комплекции, характера и склонностей. Вооружение, снаряжение, припасы, одежда, снадобья, лошади, спутники, оруженосцы, поместья... На каждый мой вопрос следовал подробный чересчур подробный ответ, и легче не становилось. Например, будь я человеком с голубыми глазами и черными волосами, то имел бы дополнительные шансы при стычках с дикими лохосами, но гномы при встрече со мною становились бы агрессивнее процентов на тридцать, чем с блондинами, а обитатели Пламелистой Долины, буде я туда попаду на свою беду, без лишних слов... О, длинные списки доспехов - броня закаленная, броня белого камня со стальной прокладкой, заговоренная на мышиной крови, натертая листьями абербансия ("Внимание! Абербансий выдыхается на третий день! "), с пластинами из панциря черепахи Рокк. А тигровая мазь с островов Фольсио в шестидесяти случаях из ста исцеляет-де раны и ожоги, нанесенные драконами малыми с изумрудной чешуей, однако на вероятие исцеления влияет число голов чудища, и время года, и...