На прощание я расшатал дверную стойку, засунул под нее сложенный лист бумаги и одним ударом кулака вновь укрепил дверную коробку. Теперь следующему взломщику придется повозиться не меньше трех минут.

Я побрел к Артемюсу-3. Однажды, когда я остановился вытряхнуть из ботинок песок, за углом вроде бы мелькнул вчерашний тип. Или это знойное марево исказило лицо невинного прохожего? Всю дорогу я глядел вокруг в оба, но больше ничего подозрительного не заметил.

Артемюс-3 жил в безвестном грязном переулке, на верхнем этаже. Я постучал — ответа нет. Чуть ли не с порога мне стало ясно, что Артемюс тот самый. Кухонную стену украшала панорама пустыни с Вандиктовым Холмом на заднем плане.

Квартира была обставлена дешево, но с умом и вкусом. Кресла в гостиной удобные, крепко сколоченные. Бытовые приборы содержались в чистоте и исправности.

Правда, чистота была не идеальной. Тонкий слой пыли на горелках свидетельствовал, что Артемюса не было дома как минимум несколько дней.

Я неторопливо обшарил комнаты, надеясь разгадать, куда делся Артемюс. Меня нимало не удивило бы, если б где-нибудь под кроватью обнаружилось его мертвое тело, но судьба решила иначе. Ничего ценного мне не попалось — ни адресов его знакомых, ни неоплаченных счетов, ни единого членского билета какого-нибудь клуба. Компьютер он держал на запоре, а в электронную память лазить — это не дверь шпилькой открывать.

На случай возвращения хозяина я нацепил на дверной косяк «жучок» радиопищалку, срабатывающий, если дверь откроется. Никто, впрочем, не явился. Когда я сам открыл дверь, чтобы выйти, верный «жучок» оповестил меня об этом через микрокомп. Я приказал микрокомпу оповестить меня, если «жучок» подаст голос еще раз, и спустился вниз.

На лестнице мне никто не встретился. Я вышел в обычное уличное пекло, сильно подозревая, что опять потратил полдня впустую. Частный сыск сродни рекламе — в итоге окупаются только десять процентов ваших усилий, но какие именно десять процентов — фиг вычислишь заранее. А в моем случае даже десяти процентов не наберется. Поручить мою работу специалисту по оптимизации труда — он же с ума сойдет.

Хоть я и привычный, но и сам чуть с ума не сошел из-за этой работы. Четверо суток «жучок» на Артемюсовом косяке молчал как мертвый. Я нарочно шлялся по городу, особенно по Восточному Рынку, в надежде опять обзавестись «хвостом» — но безуспешно.

На одни прохладительные напитки я просадил больше денег, чем недельный (честный) заработок Эллиота. Я наведался к Бертраму узнать, не вспомнил ли он чего ценного. Дудки. Я нашел «моего» Артемюса в городском справочнике как я и ожидал, это был единственный далладец с такой фамилией.

И вот, когда я спал и видел во сне, как Эллиот катится на меня с горы, зазвонил микрокомп. По сдвоенному писку я сразу опознал голос «жучка».

Я вскочил так стремительно, что на миг в глазах потемнело, и не раздумывая бросился из дома. Я лег, не раздеваясь, так что выглядел вполне презентабельно — разве что небритый. Было часа два ночи.

Яркий солнечный свет ударил в мои разнеженные сном глаза, и первые двадцать метров я прошел, болезненно щурясь. Затем перешел на бег. Запрыгнул в скиммер, обжегшись об дверцу, понесся по безлюдным улицам. Жители моего района предпочитают бодрствовать в официальное рабочее время, чтобы окончательно не свести с ума свои расшатанные далладской жизнью биологические часы.

Я припарковал скиммер в неположенном, хоть и рядом со стоянкой, месте, и вновь побежал, моля судьбу, чтобы сигнал не прозвучал во второй раз.

Слегка пыхтя, я вбежал в Артемюсов подъезд («жучок», слава Богу, молчал). Несколько успокоясь, отдышался и направился вверх по лестнице. Артемюсова дверь была закрыта.

Я подошел к ней на цыпочках. Изнутри слышались чьи-то торопливые шаги, скрип поспешно выдвигаемых ящиков. Вместо того чтобы пугать Артемюса или кто там возится стуком в дверь, я подождал в углу лестничной площадки.

Предчувствия меня не обманули. Ждать пришлось недолго. Спустя считанные минуты дверь мгновенно беззвучно отворилась. Когда он повернулся к лестнице, свободной рукой прикрывая за собой дверь, я схватил его в охапку и втолкнул в квартиру. Он едва пискнул — я его напугал, — но шуметь он явно боялся еще больше.

Безусловно, это был Артемюс — бледный юноша, о котором рассказывал Бертрам.

— Что вам надо? — закричал он с вызовом, за которым едва угадывался испуг. — Кто вы вообще?

— Я частный детектив и хочу с вами побеседовать. Вы в курсе, что вас не так-то легко отыскать? Я бы вам искренне посоветовал оставлять информацию о вашем местонахождении вашей секретарше.

— Нам не о чем разговаривать. Вон из моей квартиры. — В его глазах блеснул страх.

Я пошел напролом (и в общем-то наобум):

— Послушайте. Тот тип, который следил за вами, наводил о вас справки короче, качок, который устроил погром у Бертрама, — это не я. Я не знаю, кто он такой, но я явно не он. Я простой честный частный сыщик, а вы имеете отношение к одному делу, о котором нам следует поговорить. Возможно, от этого вам даже будет польза.

Видимо, я угадал правильно — Артемюс немного приутих.