Положив миниатюру на место, он достал следующую в ряду и прочитал надпись на обороте: "Велвет де Мариско в возрасте 6 лет, 1579 год с Рождества Христова". Видимо, портреты были расположены в порядке взросления девушки год за годом. На последней миниатюре Велвет было девять лет, и здесь уже стали заметны произошедшие с ней изменения. Детская припухлость исчезла с ее лица, а волосы, бывшие такими темными, когда она была совсем маленькой, теперь заметно посветлели, как и глаза.

Алекс вытащил верхний поднос из шкатулки, охваченный внезапным желанием увидеть последнюю миниатюру, написанную совсем недавно, когда девушке исполнилось четырнадцать. Когда он добрался до нее, рот у него приоткрылся, а дыхание перехватило, причем не столько от удивления, ибо с самого начала было ясно, что Велвет де Мариско вырастет красавицей. Его восхитила ярко выраженная сила характера в чертах лица. Это лицо было пронизано гордостью, на нем ясно читалось: "Я знаю, кто я есть", а вкупе с природной красотой - чудесной кожей, цветом лица, подобным розе, золотисто-каштановыми волосами, честными, открытыми зелеными глазами - эффект был просто потрясающий.

"Что же она за девушка?" - думал Алекс. Ему не терпелось услышать ее голос: как она говорит, как смеется? Он даже вздрогнул, поняв, что хотел бы знать, страстная ли она натура. Получила ли она образование? Любит ли лошадей? А музыку? Он вдруг обнаружил, что ему не терпится узнать все это и еще многие другие вещи, которые пока даже не мог облечь в слова.

Переписка между отцом и Адамом де Мариско мало что сказала ему. Решив соединить своих детей узами брака, они, казалось, потеряли к этому делу всяческий интерес. То тут, то там попадались упоминания о Велвет, но такие краткие, что из них Алекс не мог составить себе представления о ней.

Он даже застонал про себя. Ну почему он ни разу не побывал в Англии со дня своей помолвки? У него была возможность постепенно узнавать Велвет, а она, может быть, даже полюбила бы его или хотя бы начала привыкать к нему.

Алекс потряс головой, чтобы прочистить мозги. Девушка обручена с ним и станет его женой независимо от того, любят они друг друга или нет. Приличествует отцу подчинять дочь своей воле, а дочери исполнять все пожелания отца без лишних вопросов. Став его женой, Велвет без жалоб будет рожать ему детей и подчиняться его желаниям, не задавая вопросов, как подчинялась желаниям отца. Такова доля женщин. Женщинам нужна крепкая узда, или они понесут вскачь. Господь свидетель - его сестра Анабелла прямое тому подтверждение. Пожалуй, не стоит сокрушаться, что он пренебрегал Велвет. Достаточно того, что они обручены.

О, он бывал в Италии и Франции, где мужчины превращались в слабоумных дураков из-за любви к женщине; но это не для шотландца. Женщина создана для удобства мужчин: рожать ему детей, чтобы его род не угас, доставлять ему всяческие удовольствия, согревать его холодными ночами. Его собственная мать всегда была ласковой и послушной женщиной, открыто обожавшей отца и охотно исполнявшей все, что требовал Ангус Гордон. Алекс никак не мог взять в толк, почему Анабелла, имея перед собой такой пример, выросла столь упрямой. Но в конце концов, пусть об этом болит голова у Яна. Если бы его зятек в самом начале своей супружеской жизни пару раз прошелся бы кнутом по ее спине, она не была бы сейчас такой своевольной.

Алекс не собирался повторять этой ошибки по отношению к своей жене. Он, конечно, не изверг, он цивилизованный человек, но намерен показать своей невесте с самого начала, что хозяином здесь, в Дан-Броке, будет он и только он. Да и вообще никогда женщина не будет править им.

Его янтарно-золотистые глаза вновь обратились к миниатюре. Черт побери, но она и правда хороша! Этот последний портрет показывал ему во всей красе ее темные каштановые волосы, волнами ниспадающие на плечи, и роскошную юную грудь. Он внутренне усмехнулся. Ее красота будет еще одним достоинством, которое он обретет в браке. Сегодня же вечером он напишет Адаму де Мариско и пошлет письмо с надежным человеком. А сам отправится вслед за своим посланцем через несколько недель, не откладывая дело в долгий ящик. Девушке стукнет пятнадцать первого мая, и хотя при помолвке свадьба была назначена на лето следующего года, теперь все придется переиграть. Безвременная кончина отца сделала настоятельной его немедленную женитьбу. Сын и наследник нужен ему сейчас! Пришло время потребовать ту, что была ему обещана солнечным летом 1578 года. При мысли о прелестной девушке, которая скоро украсит его дом, Алекс самодовольно улыбнулся. А вокруг башен Дан-Брока, подхваченные свистящим ветром, кружились последние зимние снежинки, молчаливо празднуя грядущее торжество.

Будущая невеста была совсем не радужно настроена по отношению к своему жениху. По правде сказать, она вообще не помнила, что у нее есть нареченный, так как была слишком мала в то время, когда состоялась официальная помолвка, был подписан брачный контракт и все это надлежащим образом отпраздновано. Вперив гневный взгляд в своего напуганного дядю Конна, младшего брата ее матери, она сердито высказывала ему свое разочарование в связи с неожиданным крушением ее размеренной жизни, произошедшим вследствие прибытия гонца из Дан-Брока.

– Нареченный муж! Что еще за нареченный муж? Я ничего не понимаю, дядя! Нет у меня никакого нареченного мужа!
– Велвет де Мариско в ярости уставилась на лорда Блисса, как будто тот был виноват во всех ее бедах.

Эйден Сент Мишель успокаивающе погладила мужа по затянутому в бархат плечу.

– Позволь мне, Конн, - попросила она мягко. Он был явно рад избавиться от этой ноши. Велвет в гневе - это не очень приятно.

– Велвет, дорогая, - проговорила леди Блисс спокойно, - возможно, ты и не помнишь этого события, но я прошу тебя оглянуться в прошлое. Вспомни хорошенько. Когда тебе едва исполнилось пять лет, твои родители обручили тебя с наследником графа, Брок-Кэрна. Граф - старый друг твоего папы чуть ли не с детства, и они думали, что будет чудесно, если их семьи соединятся кровными узами. Тем летом твои дедушка и бабушка как раз приехали из Франции со всеми твоими французскими родственниками. У Виллоу начались преждевременные роды во время празднования, и она родила твоего племянника, Генри, прямо здесь, в Королевском Молверне. Несколькими днями позже, на крестинах, граф Брок-Кэрн был крестным малыша, а тебе позволили нести чашу со святой водой. Неужели ты не помнишь? Говорят, это был чудесный праздник!

– А вы с дядюшкой Конном уже были женаты тогда?
– спросила Велвет.
– Вы были на празднике?

Мгновенная тень пробежала по лицу Эйден, но затем, улыбнувшись, она сказала:

– Да, Велвет, Конн и я уже были тогда мужем и женой, но мы не смогли присутствовать на церемонии твоего обручения. Об этом, однако, часто рассказывала твоя мать. Постарайся вспомнить.

Велвет нахмурила брови, добросовестно пытаясь припомнить.

– Я помню, как родился Генри и как несла чашу со святой водой и что дедушка и бабушка были здесь. Но, тетя Эйден, я не помню никакого обручения. Это не правда! Мама всегда говорила, что я никогда не выйду замуж без любви!