Только я подумал об этом, как увидел затормозившую внизу Сашкину золотистую девятку. Махнув мне рукой, мой друг исчез в подъезде, а через минуту я впустил его в квартиру.

Сашка - голубоглазый брюнет. Как и я - среднего роста. Красивым его не назовешь, но он обаятелен. И самое главное, у него отлично подвешен язык.

–  Ну что? - сказал Сашка. - Предлагаю "Якорь".

–  Мне все равно.

–  Значит, едем в "Якорь". Да, Вера интересовалась, не продашь ли ты ей картину?

–  Вера Новлянская?

–  Вера Новлянская. Обещала хорошо заплатить. Картина ей подойдет любая, лишь бы была твоя подпись. Уверен, меньше пяти штук она не даст.

Я выбрал одну из работ. Это был женский портрет, сделанный чуть ли не на третьем курсе. В картине было что-то типично мое. Как и всегда, жалко стало расставаться.

–  Эта подойдет?

–  Еще бы! Берем и спускаемся.

После того как мы доехали от Сокольников до Каланчевки, Сашка спросил:

–  Как Алена?

–  Все в порядке. Вчера виделись.

–  Не упускай ее. Классная девочка.

–  Постараюсь.

–  Кто она? Я ведь видел ее только раз. Сколько лет? Учится, работает?

–  Лет девятнадцать, учится в инязе на втором курсе. Насколько я понял, ее папа какая-то шишка в Госснабе. Все. Остальное ты видел сам.

–  Еще как видел... Поинтересуйся, есть ли у нее подруги. Лучше, если поскорей, буду благодарен.

–  Договорились.

–  Почему ты не спрашиваешь, что от тебя нужно?

–  Считай, что уже спросил. Что нужно?

–  Подвезти двух человек. На твоей машине.

Различные Сашкины просьбы я выполнял много раз и понял: подвезти в данном случае значит не просто подвезти. Поэтому, выждав немного, начал уточнять.

–  Подвезти куда?

–  Не знаю. Они сами скажут. Но насколько я понял, это может быть далеко.

–  Что, не в Москве?

–  Может, и не в Москве. Не исключено, ехать придется весь день.

–  А кто "они"?

–  Двое ребят. Понимаешь... Я должен оказать им услугу. Сам я не могу из-за работы. Но ты не должен светиться. Поэтому на это время изменишь внешность. И поставишь другой номер. Не пугает?

Просьба была в Сашкином стиле, поэтому я ответил почти не задумываясь:

–  Не пугает. И когда это нужно?

–  Завтра. Рано утром. Готов?

–  А внешность и номер? Когда все это?

–  Внешностью займемся к ночи. Причем тебе придется пойти на некоторые жертвы. Уж извини.

–  А именно?

–  Придется постричься наголо. И обработать лицо и руки мазью. Не волнуйся, вполне безобидной. Состав я разработал сам.

–  Но зачем мазь?

–  Мазь изменит вид твоего кожного покрова. Он покраснеет, побуреет, съежится. На сутки ты станешь старше лет на двадцать.

–  На сутки?

–  Да. Через двадцать четыре часа твоя кожа начнет принимать нормальный вид. Гарантирую, потому что проверял на себе.

–  А зачем наголо?

–  Для парика.

Я обдумал все еще раз, пока на площади Белорусского вокзала мы разворачивались на улицу Горького. Конечно, развлечением такую поездку не назовешь. Весь день за рулем, к тому же обмазаться какой-то мазью, остричься наголо. Но если учесть предложенный гонорар, условия вполне приемлемые. Впрочем, при наших отношениях я согласился бы и без гонорара. Только чтобы выполнить его просьбу.

Затормозив у "Якоря", Сашка спросил:

–  Что затих? Думаешь?

–  Перестань. Отвезу я твоих ребят. В лучшем виде.

–  Спасибо. Честно говоря, гора с плеч.

–  Да ладно тебе. Пойдем?

–  Пойдем.

В ресторане, заняв столик у окна, мы заказали крабов, паровую осетрину, кофе и отлично позавтракали.

Допив кофе, Сашка поинтересовался:

–  Кстати, вечером твоя Алена свободна?

–  Не знаю. А что?

–  Вера устраивает банкет в "Континентале". Мы с тобой приглашены. Если Алена прихватит подругу, почему бы нам не пойти вчетвером?

–  Позвонить Алене?

–  Конечно, позвони. Глупо не воспользоваться случаем.

–  Ладно, уговорил. Но я буду говорить долго.

–  Ради бога. Я подожду в машине.

Хлопоты

Набрав в будке телефона-автомата номер Алены, я почти тут же услышал ее голос:

–  Да? Слушаю? Кто это?

–  Привет. Это я.

Довольно долго вслушивался в тишину. Наконец Алена ответила:

–  Привет. Не мог позвонить еще позже?

–  Ты ждала звонка?

–  Час назад. Теперь уже не жду.