"Трус, трус, а вон какой, оказывается...
– думал он.
– Да, человек странное существо. Его не сразу поймешь..."

Субханвердизаде вышел во двор, почтительно поздоровался с сельчанами, начал расспрашивать, как им живется, выразил сочувствие по поводу того, что это неприятное происшествие случилось в их деревне.

– Имейте в виду, - разглагольствовал он, - мы все одна семья. Нехорошо получилось... Я очень уважаю вашу деревню. Вышла большая неприятность, и мне очень жалко вас. Из-за пули одного негодяя вся деревня опозорена.

Из толпы вышел старик, поднял руку, сказал:

– Аллах свидетель, начальник, никогда еще в нашей деревне не стреляли в гостя. Такого никогда не было и не будет!

Субханвердизаде покосился в сторону круглой скалы, у которой стояли арестованные, спросил насмешливо;

– А как же понимать то, что случилось этой ночью?!
– Он пожал плечами. Ночные дела бывают довольно странные и необычные. Да, ночью происходят таинственные вещи... Под покровом тьмы творятся всякие недобрые дела...

Старик прошамкал:

– Мы ничего не говорим, товарищ начальник... Советская власть все знает лучше нас... Она и темную ночь может сделать такой же светлой, как этот день...

К Субханвердизаде подошла девяностолетняя старуха, тетка Гейчек.

– Товарищ советская власть, - сказала она и простерла пуку в сторону арестованных, - простите этих стариков, уважьте меня, старуху. Они ни в чем не виноваты, куда им до таких дел!..

Субханвердизаде обвел глазами толпу:

– А вы что скажете, люди?!

Один из стариков ответил ему:

– Мы все просим о том же, начальник. Мы не пожалеем своих жизней ради советской власти. Мы никогда не будем стрелять в ее человека. Эта пуля поразила каждого из нас в самое сердце. До советской власти, начальник, мой сын работал в Баку рабочим. Его убили во время забастовки. Бедный Сейфулла Заманов сам рассказал мне об этом. Когда я смотрел на Сейфуллу, мне казалось, я вижу моего дорогого Наджафа... Можем ли мы стрелять в своих родных детей?.. Хотел бы я знать, какой подлец сделал это?! Он опозорил нас перед советской властью. Как говорится, в семье не без урода, лес не без шакала. Это дело рук подлого шакала! Невинная кровь не останется не отомщенной. Злодей будет пойман. Я верю, что советская власть найдет подлого убийцу. Советская власть справедливая власть, народная власть!..

Субханвердизаде закивал головой:

– Верно говоришь, старик, верно. Советская власть справедлива. Народ - это советская власть. А советская власть - это народ!

Субханвердизаде вошел в дом. Через минуту вызвал к себе Дагбашева, затем Хангельдиева. А еще через пять минут по его распоряжению родители Гейчек были освобождены..

Оставшиеся у круглой скалы, охраняемые двумя милиционерами Ярмамед и Гейчек от стыда и позора готовы были провалиться сквозь землю.

У раненого прекратилось кровотечение, но он почти все время находился без сознания, везти его в таком состоянии в районный центр было нельзя. В сумерках, когда Заманов перестал метаться и бредить, его на самодельных носилках перенесли в местный фельдшерский пункт, что находился на отшибе, в верхней части деревни.

ГЛАВА ПЯТАЯ

Мадат и инструктор райкома Меджид поторапливали коней, спешили поскорей добраться до селения Эзгилл"? Они должны были провести там- собрание и склонить эзгиллийцев к вступлению в колхоз. Солнце уже сползало с зенита, а до селения было еще далеко, около десяти километров.

Неожиданно Меджид остановил коня и, указав плеткой на крутую скалу, сказал:

– Обрати внимание, Мадат... В тридцатом году вон там, на той скале, шел жаркий бой.

– Ничего удивительного, - ответил Мадат.
– В то время в этих горах повсюду было жарко.

– А вон видишь ту гору - с раздвоенной вершиной?..
– спросил Меджид. Вон, смотри, снегом покрыта... Там застрелили двух бандитов.

– Кто застрелил?

Меджид смущенно улыбнулся:

– Откровенно говоря, я тоже участвовал в этой перестрелке. Наши ребята дали залп, один я замешкался, отстал - очень уж старательно целился, хотел попасть. После залпа один из бандитов упал, а другой побежал. Когда я выстрелил, он тоже упал. Ребята говорили, это я убил его. А там кто его знает?.. Может, еще кто-нибудь выстрелил из наших.

– А что стало с остальными бандитами?
– поинтересовался Мадат.
– Ушли?..

Меджид протянул вперед руку.

– Смотри, пятерых мы схватили вон за теми камнями. Помню, я пополз по снегу в обход. Отрезал сволочам путь к отступлению. Поднялся, крикнул им: бросай оружие!.. Бандиты испугались и сдались. Я на винтовке поднял папаху вверх, помахал нашим, через минуту ребята подоспели. Да, наш отряд был что надо! Он сделал свое дело.

– Кто командовал вашим отрядом?

– Кто командовал?
– переспросил инструктор, усмехнулся: - А что?.. Почему это тебя интересует?