Вертолетчики заглушили мотор, не собираясь, видимо, сразу улетать, однако остались в кабине.

– Они подождут нас здесь, - пояснил Стальгин.
– За два-три часа, надеюсь, мы управимся.

Он не сказал, на что нужны эти два-три часа, но Семену вдруг стало тоскливо. Всего ждал, только не этой напористости. Колесо событий раскручивалось не в ту сторону.

– Может, сначала в гостиницу?
– в слабой надежде предложил он.

Стальгин не счел нужным ответить: какая, мол, гостиница - не видишь разве, что без вещей, совсем налегке. Коротким кивком головы он пригласил заскучавшую от простоя четверку следовать за ним и знакомой дорогой направился к институтскому городку. По пути раза два оглянулся - не отстал ли Попцов? Когда поравнялись с административным зданием, спросил:

– Директор у себя?

– Схожу узнаю, - предложил Семен, рассчитывая наедине обговорить с Владимировым, как им быть дальше.

– Теперь уж я сам, - усмехнулся Стальгин и скрылся в подъезде.

Он пропадал минут семь, вышел явно не в настроении.

– Где он может быть?

– Возможно, дома. Позвонить?

– Уже обзвонились. Ни дома, ни в лабораториях.
– Накрепко вцепившись в Семена крючками-глазками, он вскинул руку с часами, постучал пальцем по циферблату.
– Хочу предупредить: если в ближайшие десять минут не объявится, мы вынуждены будем...

Не договорил. В дверях подъезда показался Владимиров. Он выглядел бледнее обычного, но держался уверенней, чем когда-либо. Начальственный взгляд и насмешливо-ироничная улыбка априори давали понять, кто здесь хозяин и кому дано распоряжаться.

– Семен Петрович, - обратился он к заместителю, - мы, кажется, договорились - нашим гостям надо отдохнуть с дороги.

– Спасибо за заботу, - невольно поддался Стальгин директорскому тону. Но у нас другая программа.

Взяв у одного из сопровождающих толстокожий портфель, он достал прошитый металлическими скрепками пакет, картинным жестом протянул директору: мол, ознакомься, потом будем разговаривать. Тот небрежно вспотрошил конверт, изорвав его в клочья, неторопливо стал просматривать бланочные листы, заверенные подписями, печатями. И пока читал-перечитывал, крутил так и этак, разглядывая грифы и штампы, из здания высыпали сотрудники, одни мужчины. Другая такая же группа подошла из соседней лаборатории. Приезжие всполошились, увидев себя в окружении зеленых халатов.

Со второго этажа высунулась из окна взлохмаченная от возбуждения секретарь-машинистка, прокричала сорванным голосом:

– Михаил Матвеевич, кого еще позвать?

– Благодарствую. Зиночка. Пока достаточно.

Еще раз перетасовав бумаги, Владимиров сунул их в боковой карман пиджака и весело посмотрел на посеревшего Стальгина.

– Вы забыли запастись еще одной бумажкой - ордером на арест.

– У нас достаточно полномочий!
– с вызовом отозвался Стальгин, хотя и без прежней самонадеянности.

– Это мы сейчас проверим, - многозначительно пообещал директор и обратился к своему зеленому воинству: - я попросил собрать вас, чтобы посоветоваться. Ситуация не из простых. Во всяком случае, у меня нет готового решения. Как вы знаете, событие должно состояться послезавтра, в пятницу. Но вот эти товарищи, - взгляд в сторону приезжих, - хотят забрать ЕГО сегодня.

– Мы всего лишь исполнители!
– выкрикнул Стальгин.

– Все правильно, к вам никаких претензий, хоть вы и полномочные. Распоряжение, - директор похлопал себя по карману, где лежали документы, касается института и прежде всего меня. Велено сдать ЕГО с рук на руки. Так что будем делать?

Окружение многоголосо взроптало, посыпались вопросы, смысл которых сводился к одному: как можно прерывать процесс, если ОН еще в летаргии? Пришлось доставать казенные бумаги, вычитывать места, где разъяснялось, что реставранта надлежит отправить в том состоянии, в каком он есть, и что реанимирован он будет в Центре. Далее следовали подробнейшие рекомендации, как организовать транспортировку.

– Да пошлите вы их...
– раздалось в толпе.

– Это к вам не относится, - под взрывной хохот пояснил Владимиров вздрогнувшему Стальгину.

Как же быстро линяет человек. И куда что девается. Только что рядился в личину чрезвычайного и полномочного посла - и вот уже в своем природном естестве, всего лишь носатый Аркаша. Да он никем другим и не мог быть в глазах тех, кто создал Чудо Века. При большом деле сами люди становятся большими. Что им бумаги, приказы, команды - мишура!

...Семен повел приезжих на ночлег в гостиницу. Шел, и все в нем горело от стыда и обиды. Не мог простить себе, что дрогнул, испугался, увидев выпрыгивающих, из вертолета ладно скроенных молодчиков. Духу не хватило хотя бы в мыслях крикнуть: а пошли вы!..

11

Теперь уже не нужно было играть в конспирацию, ждать полуночи. Едва спровадив Стальгина с его надежно вымуштрованной командой, директор собрал у себя дежурную группу, объяснил, кому что делать. На, всякий случай расставил охранные посты - на входе в биокомплекс и у гостиничного коттеджа: кто знает, как поведут себя полномочные гости. И когда все распоряжения были отданы и все дежурные разошлись по своим местам, он позвал Попцова.

– Ну, так где ваша картинная галерея? Показывайте.