– Два, – поправил Аннев. – Ты слишком далеко забрался. Сейчас мы на западной окраине Чащи.

Крэг разинул рот, отказываясь поверить в услышанное; толстое лицо исказила страдальческая гримаса. Такое выражение лица обычно бывает у аватаров, когда на тренировках они получают удар ногой в живот.

– Опять на западной? – выдохнул он, когда к нему вернулся дар речи. – Да быть такого не может! Отсюда ж до Банока рукой подать! Я-то думал, что иду на юг!

Аннев помотал головой.

– Боги мои, – пробормотал торговец, – это ж куда меня занесло?

– В Шаенбалу, – произнес Аннев название деревни, тем самым окончательно решив судьбу незадачливого торговца.

– Шанблу? – Крэг тряхнул седыми патлами. – Первый раз слышу. А я, между прочим, каждый захудалый городишко между Одарнеей и Озерным краем знаю.

Аннев пожал плечами. Что ж, первую часть задания он уже выполнил: этот человек и сам понятия не имеет, как он сюда попал.

Крэг подергал себя за жидкую бороденку и снова поскреб уголки рта.

– Шанблу, значит? – повторил он, словно пробуя слово на вкус.

Он изучающе оглядел тропу и угодья, начинавшиеся за краем леса, и опять повернулся к Анневу:

– Сдается мне, деревушка ваша секретная. Потому-то мужик в красной пижаме меня и не впустил, верно я мыслю?

– В некотором роде.

Какой смысл скрывать правду от человека, который будет мертв еще до заката?

– Ну и пропади он тогда пропадом – и лес этот ваш тоже. Сначала я потерял здесь Сениф, а теперь и сам потерялся.

– Хватит ныть и плеваться. Сказал же – я здесь, чтобы показать тебе дорогу. К тому же мне нужно кое-что из твоего товара.

– «Ныть и плеваться»?

Не сводя с Аннева глаз, Крэг сунул руку под плащ и вытащил из кармана кожаной жилетки серебряную фляжку. Он сделал приличный глоток и, прополоскав рот, сглотнул.

– Гляжу, в вашей секретной деревушке молодежь и не слыхала, что старших надо уважать? – Он почмокал губами и снова спрятал фляжку в карман.

Аннев взвесил в руке мешочек с монетами.

– Ты вроде бы говорил, что везешь пальмовую лозу и драконью кровь?

– Так и есть. Сколько тебе?

Аннев смутился, ведь подробных указаний Тосан ему не дал.

– Десять стеблей и четыре бутыли смолы, – выпалил он.

И, высыпав на ладонь половину мешочка, начал выбирать монетки покрупнее.

– Я заплачу тебе три серебряных луны.

Крэг приблизился, поглядел на скудную горсть монет и объявил:

– За эти деньги я тебе дам два стебля и одну бутыль.

– Я ведь сказал: три луны – не каких-то три посоха.

– А я сказал: два стебля и бутыль. Ты что, глухой? Но коли ты мне помогаешь, я пойду тебе навстречу: двенадцать лун – и весь товар твой.

Аннев вытряхнул из мешочка все, что в нем оставалось. Его богатство составляли пять лун, двадцать медных звездочек и меньше десяти серебряных посохов – и ни одного тебе золотого лучика или солнца. Это было чуть больше половины той суммы, что запросил торговец. Либо он пытался надуть Аннева, либо Аннев ничего не понимал в ценности пальмовых лоз и драконьей крови.

– Я дам тебе по луне за каждую бутыль…

– Две луны.

– …и двадцать медяшек за стебли.

Крэг рассмеялся:

– Так и быть, сделаю тебе скидку. Давай сюда весь кошелек – и получишь половину своего товара, то бишь две бутыли и пять стеблей. Так тебе больше нигде не свезет, уж поверь.

– Отлично, – согласился Аннев, а когда Крэг протянул ручищу к мешочку, добавил: – А остальную часть товара я заберу в уплату за то, что вывел тебя из леса.

Крэг тут же отдернул руку:

– Но это уже входит в стоимость! Да на юге за такие деньги тебе и деревяшки-то не везде продадут. А смола и того дороже, даже если придешь за ней в саму Северную Одарнею.

– Но мы не в Северной Одарнее, – спокойно заявил Аннев. – Ты заблудился в Чаще, и если я тебе не помогу – ты больше никогда никому ничего не продашь.

Крэг затряс головой:

– Ты мошенник и вор. Проклятые деревенщины сказали мне, что дадут мне провожатого, но о том, чтобы платить за него, речи не шло!

– Иди один, – невозмутимо ответил Аннев, – но без моей помощи ты и через месяц отсюда не выберешься. Я знаю все местные тропинки – а ты знаешь мою цену.

Торговец громко засопел.