— Вон он, — голос Дара вытянул её из пучины безумных мыслей, и Игла посмотрела туда, куда показывала его рука.

Ветер сидел на земле, прислонившись спиной к огромному пню, такому широком, что не обхватить и втроём. Ветер обхватил ноги обеими руками и спрятал лицо в коленях, худенькие плечи мелко подрагивали. Сперва Игла удивилась, что так легко сумела разглядеть его так чётко, а потом вдруг осознала, что вокруг больше не темно. Вернее, не совсем темно. На площади, — а это была именно она, — посреди которой сидел Ветер, царил серебристо-голубоватый полумрак. Отдаляясь, он становился зыбче, уступая место свету, который собирался близ высокого белокаменного терема. Вокруг его башен свернулся невообразимо большой скелет дракона. Его рогатый череп лежал на широкой лестнице, ведущей к подножию терема. Из пустых глазниц, между рёбер, из пасти и трещин костей росли сотни сияющих грибов.

Стоило Дару ступить на площадь, кости задрожали, и дракон поднял голову. Грибы, пыль и камни полетели на землю. Ветер в ужасе закричал, сорвался с места и, спотыкаясь, бросился к Игле. Дракон медленно повернул голову к Дару, раскрыл истлевшую пасть и из неё чудесным образом полился голос, который Игла уже слышала.

— А я уж думала, ты не придёшь, — проворковал звонкий голосок Забавы, а в следующий миг из пасти дракона вырвалось ослепительное синее пламя, сжигая всё на своём пути.

Дар подхватил Ветра и они втроём с Иглой нырнули за пень. Дерево затрещало и застонала, сдерживая натиск пламени.

— Я думала, синее пламя не горячее! — взвизгнула Игла, перекрикивая рёв огня.

— Оно и не горячее! — крикнул Дар, и Игла заметила, что пень медленно покрывается ледяной коркой. Внутренности сжались. То, что она сперва приняла за жар, оказалось обжигающим холодом. Игла даже не знала, что хуже: сгореть заживо или превратиться в ледышку.

— Что делать?

— Мертвосвет! — закричал Ветер, закрывая голову руками и прижимаясь к Дару. — Это мертвосвет!

Пламя опало, и Дар выглянул из-за пня, который стал похож на огромного ледяного ежа. Дракон склонил голову, готовясь к новому залпу. Грибы в глазницах сияли и переливались, по ним проходили бело-синие волны света. Дракон вскинул голову, разинул пасть, мертвосвет в его глотке вспыхнул и пламя выстрелило в лицо Дару.

— Надо уничтожить грибы, — крикнул Дар, в последний момент прячась за обледеневшим пнём.

— Их на нём сотни! — воскликнула Игла. — Да и как к нему подобраться?

— Я его отвлеку. Жди здесь. Когда скажу — поджигай! Как под лавиной, помнишь?

— Что? — не расслышала Игла, но пламя спало, и Дар уже выскочил из-за пня. — Постой! Дар!

Он со всех ног мчался к дракону, который вновь наклонил голову к земле, чтобы собраться с силами. Дар решил этим воспользоваться. В синем свете блеснули золотые когти. Он наклонился вперёд, взял разбег и прыгнул. Зацепился когтями за голую кость черепа, над двумя вертикальными щелями, которые прежде были носом, и хотел было взобраться выше, но дракон с гневным рёвом вскинул голову, и Дару пришлось держаться изо всех сил, чтобы не упасть. Ноги соскальзывали, и Дар постарался упереться подошвами в зубы, чтобы не соскользнуть прямо в жуткую пасть. Пламя вырвалось из глотки дракона. Оно задело Дара вскользь, но этого хватило, чтобы сапоги покрылись льдом, а ноги заныли от жгучей боли, как если бы он по колено погрузился в прорубь. Дар стиснул зубы, оттолкнулся от зубов заледеневшими ногами и подтянулся выше. Когда ударились о что-то звонкое, и Дар заметил в черепе красный, тускло сияющий багрец. Вот оно что. Дракон замотал головой, желая сбросить с себя Дара, но тот вцепился в костяную морду мёртвой хваткой.

— Что он задумал? — пробормотала Игла, нервно разминая руку, которую ещё не покинули остатки онемения.

— Я ему помогу! — бросил Ветер и сорвался с места.

— Нет! Стой! Это опасно! — Игла попыталась схватить его за рукав, но не успела, Ветер уже мчался навстречу дракону. — Да что б вас!

Она хотела броситься следом, но заставила себя оставаться на месте, если Дару нужен огонь, она должна позаботиться о том, что огонь будет. Чёртова рука! Игла затрясла ей, силой заставляя непослушную от яда магию разгоняться в крови.

Дар тем временем добрался до глазницы и соскользнул вниз, к месту, где нижняя челюсть дракона крепилась к верхней. Как он и думал: кости держали вместе переплетённые между собой грибные нити. Одной рукой зацепившись за выступающий из черепа костяной шип, Дар вспорол золотыми когтями туго сплетённые нити, и нижняя челюсть накренилась под собственным весом. Дар изо всех сил ударил её пяткой, надеясь оторвать. Дракон замотал головой с новой силой, заревел, разбрызгивая пламя во все стороны. Верёвка появилась из ниоткуда и петля на её конце зацепилась за нижние клыки. Ветер, бросивший её, потянул на себя, но его детской тело взмыло в воздух, не способное удержать гиганта. Дар выругался, но тут же сообразил, что делать. Он прыгнул, ухватился за верёвку и, соскользнув по ней вниз, дёрнул. Дракон был большой и тяжёлый, но и близко не такой, каким мог бы быть, будь на нем вместо тонких грибных нитей мышцы. Нити не имели такой силы и прочности. Дракон не ожидавший такого поворота, потерял равновесие и стал падать. Дар использовал верёвку, чтобы направить его ровно на Иглу. Нижняя челюсть не выдержала и оторвалась окончательно. Дар отбросил верёвку и, увернулся от падающих востей, и запрыгнул на морду падающего дракона. Вонзил когти в правую глазницу, и дракон с рёвом дёрнул головой влево, выравниваясь ровно так, как и задумал Дар. Череп врезался зубами в землю, накрывая перепуганную Иглу и ледяные шипы, которыми оброс пень с жутким звуком спороли покрытое грибными нитями нёбо, не позволяя дракону сразу сдвинуться с места.

— Поджигай! — крикнул Дар, с тревогой наблюдая, как по телу дракона снова пошли бело-синие волны, предвещающие выброс пламени. — Поджигай, дикая! Сейчас же!

Игла старалась. Пламя вспыхивало в ладонях, но тут же гасло. И Игла не могла сказать наверняка, что именно мешало больше: яд или перекручивающий разом все внутренности ужас.

— Игла! — гаркнул где-то снаружи Дар.

— Не получается! — закричала Игла, не в силах отвести взгляд от разгорающегося в глотке дракона синего зарева.