— Ты никогда не спрашивал, — сказала она с упавшим сердцем и, не дожидаясь ответа, отправилась дальше.

Непроглядная темнота облепляла Иглу как паутина и приходилось наклоняться почти к самой земле, чтобы разглядеть цепочку козьих следов. Неестественная тишина леса пугала, но в то же время играла на руку, — Игла наверняка услышит, если кто-то решит приблизиться или...

В темноте раздался шорох и козье блеянье, Игла вскинулась, разжигая пламя ярче и побежала на звук. Но почти сразу остановилась в замешательстве — звук эхом разлетался, вихрился, нырял в кроны сосен и утопал в земле, доносился отовсюду и ниоткуда одновременно.

— Что происходит? — Светозар оглядывался по сторонам.

— Лес пытается нас запутать, не доверяет.

— Лес? Ты хотела сказать, нечисть?

— Нет, я хотела сказать лес. — Игла медленно поворачивалась вокруг своей оси, решая, куда направиться. — Лес — такой же живой, как и мы с то... — она осеклась и мотнула головой. — Леса, древние леса, наполнены первородной магией. Чем древнее лес, тем сильнее магия, здесь она повсюду.

— В гвардии нам ничего об этом не рассказывали, — Светозар тоже вглядывался в темноту, следуя за Иглой по пятам.

— Бабушка говорила, что гвардейские чародеи не чуют этого, они вообще мало чего чуют, в отличие от ведьм. Они используют магию как инструмент, а мы — живём ей. В моём случае то даже не преувеличение. Магия дала мне жизнь. Бабушка научила меня читать магию, потом я много училась сама.

— Магия дала тебе жизнь? — голос Светозара звучал растерянно.

Игла вздохнула, вновь отыскав потерянный след и двинулась в чащу.

— Меня принесли в лес мёртвой. Бабушка сказала, что я дышала смертью, когда она нашла меня, но я дышала. Бабушка сказала, что лес решил не отдавать меня, решил, что моё время ещё не пришло и поделился со мной своей магией, такой, которая не известна ни людям, ни богам.

— Но... как? И почему?

— Не знаю. Лес делает то, что хочет. Он даёт и отнимает. Или не делает ничего. И он не рассказывает, почему.

— Я... — голос Светозара дрогнул в темноте. — Как много я не знаю о тебе? Почему ты не рассказывала?

Игла повернулась к нему, Светозар перехватил её взгляд, и её собственное смятение отразилось на его лице.

— Я никогда не спрашивал о тебе... — тихо сказал он.

Игла не ответила. Свет упал на на землю, открывая взору растерзанную козу. Ту самую, которую она кормила капустой. Коза лежала под сосной, козлёнка в животе больше не было, а кровавая дорожка исчезала в темноте, прячась за узловатыми корнями. Они не успели.

— Сколько было коз? — спросила Игла, отводя взгляд от розовых лент кишок, раскинувшихся по земле. — Запомнил?

— Три, кажется. Козёл и две козы. Уже одна.

— Идём дальше. — Игла обошла дерево, надеясь отыскать больше следов. Вздрогнула, когда на лицо ей капнуло что-то тёплое, скатилось по щеке и остановилось так и не добравшись до подбородка. Игла медленно подняла взгляд. Кровь медленно капала с длинной бороды козла, а сам он был нанизан на острый сук. На соседней ветке сидела, сияя угольками глаз, истлевшая вештица и жевала козлиное сердце. Она была голая и мёртвая — скелет, обтянутый серой кожей, паутина седых волос и перепачканный кровью рот.

— Игла... — предупреждающе сказал Светозар, когда Игла шагнула ближе к дереву. — Это вештица.

— Я вижу, Светозар, — отозвалась Игла, не спуская глаз с умертвия. Вештица в свою очередь неотрывно смотрела на неё.

— Надо уходить, она...

— Она — ведьма, убитая тем, кого любила больше жизни. Она хочет мести и... еды. Нам она не угроза. — Игла приложила два пальца к губам, а потом — ладонь к сердцу и кивнула. Вештица медленно склонила голову набок, будто не понимая, что происходит, оторвала надкусанное сердце ото рта, оскалилась, и... повторила за Иглой: два пальца к губам, ладонь к груди и кивок. А потом она сунула сердце в зубы, схватилась тощими руками за ветку над головой и поползла вверх, скрываясь в пушистой сосновой кроне.

— Что это было? — спросил Светозар, когда она исчезла из виду.

— Бабушка научила. Это знак ведьм. Значит, я храню и разделяю твою боль, сестра.

Кусты за спиной Иглы затрещали. Она обернулась, готовясь к схватке, но тут же опустила руку с пламенем. На тропинку выбралась, прихрамывая, чёрная коза. Игла радостно вскрикнула, стянула с себя пояс и набросила на козу вместо повода. Та тряслась от страха и не сопротивлялась. Игла погладила её по шее.

— Идём домой, милая, идём-идём. — Она потянула за повод, и коза покорно пошла следом. — Сейчас вернёмся, и я подлечу твою ногу, красавица. И где ты умудрилась пораниться?

— Извини, — после долгого молчания сказал Светозар, когда они направились обратно к пещере. — Что не спрашивал. — Игла бросила на него вопросительный взгляд, и Светозар продолжил. — Мы выросли бок о бок, но кажется... Кажется, за эту маленькую вылазку я узнал о тебе больше, чем за все эти годы.

Некоторое время Игла молчала, обдумывая его слова. Они вызывали в ней чувство необъяснимой тоски, тихой, но пронзительной. Она никогда не задумывалась об этом прежде, никогда представляла, какой видел её Светозар. Кем она была для него? Кто она есть для него? Странная девчонка, которая живёт в лесу, возится с травами и разговаривает с зайцами от одиночества? Она хотела спросить, но не хотела слышать ответ и поэтому продолжала молчать. Возможно, дело в том, что в глубине души она уже знала ответ. Возможно, она давно, с первой их встречи, читала что-то в его глазах, но не могла истолковать. Или не хотела.